Кэсси охнула, уронив руку мне на затылок.
— Твое тело очень красноречиво, — прохрипел я, проталкивая палец в ее влажную глубину. — Так что можешь не прикидываться, что не хочешь меня.
— Алан… — выдохнула Кэсси, заставляя меня оторваться от нее, поднять голову и утонуть в теплом шоколадном взгляде. — Пообещай мне кое-что.
— Все что хочешь, малышка, — я даже язык прикусить не успел. Эта женщина вьет из меня веревки, сводит с ума.
— Пообещай, что никогда не спросишь меня больше о Кевине.
Я сглотнул, понимая, что не смогу ей отказать. Хочу знать, но… но эти умоляющие глаза загнанного олененка просто рвали мне сердце. Не хочу делать ей больно. Не хочу давить на нее. Какая разница, что было в прошлом? Мне лучше думать о настоящем. Как успокоить, как защитить ее. И о будущем: как заставить остаться со мной. Потому что, я, черт подери, люблю эту маленькую, красивую, дерзкую, несносную девчонку.
— Обещаю, — выдохнул я, понимая, что влип по самые помидоры.
Чтоб меня! Как, долбаный свет, это вышло?
— Спасибо, — ответила Кэсси тихо, придвигаясь ко мне вплотную.
Ее мягкие губы запорхали по моему лицу ласковыми благодарными поцелуями, а пальчики уже тянули неряшливый узел псевдотоги.
— Пытаешься отблагодарить меня сексом, малышка? — хмыкнул я ей в ушко.
— Да. Получается? — она потянула меня к кровати, спешно закрывая окно.
— Вполне, — улыбнулся я, запрещая себе думать обо всем, кроме нашего удовольствия.
Кэсси
Вздрогнув, я проснулась. Приснился жуткий кошмар. Давно они меня не беспокоили, но…
Солнечные лучи скользили в окно, лаская мое лицо теплым светом. Алан спал, уткнувшись носом мне в плечо, перекинув руку через талию. Я тихонько выползла из его объятий, стараясь не разбудить. Взбив пальцами волосы и помотав головой, я прогнала из нее страшные картинки. Я дома. Алан со мной.
Он не даст меня в обиду. Он мой парень. Боже. Заявил при всех, что я его девушка. Рехнуться можно. И почему для этого понадобилось вмешательство говнюка Форда? Плевать. Не думать.
Я натянула майку и прошагала в ванную. В кабинке до сих пор кучкой валялись влажные вещи Картера. Я приняла душ и отнесла его одежду в стирку. Старая машинка Алекса, хрюкнув, заглотнула порошок и начала наматывать круги. Я пошла на кухню, чтобы сообразить завтрак и сварить кофе. Французские тосты были готовы, осталось проверить чудо-стиралку, прежде чем разбудить Алана.
Кофе и тосты в постель? Я правда собираюсь сделать это дерьмо?
Даааааа.
Уверена, что, откушав, сэр Картер как следует отблагодарит меня за заботу и внимание.
Я присела на корточки, придирчиво оценивая качество стирального процесса.
— Полагаю, этот адский агрегат сожрал мои вещи и переваривает их? — настиг меня насмешливый голос.
— Чтоб тебя! — взвизгнула я, больно стукнувшись локтем о рычащее механическое чудовище.
Полутемный подвал и рычащая машинка и так никогда мне особо не нравились, а после вчерашнего инцидента нервы были предельно оголены.
— Напугал меня до чертиков.
— Прости, — тут же сменил стеб на нежность Алан. Он подошел и присел рядом со мной. — Умный ход, детка.
— Что? — не поняла я, еще не придя в себя от внезапности его появления.
Бесстыдно голый и невероятно-сексуально-растрепанный — это во второй раз вогнало меня в долбаный ступор. Фак! Хочу его.
— Мои вещи вряд ли высохнут до вечера. Придется снова остаться на ночь у моей коварной прачки, — хохотнул он, поднимая меня с колен.
— Ох, а ты езжай домой в простыне. Тебе идет невероятно, малыш, — вот и делай людям добро.
— Думаешь, это сойдет тебе с рук, да? — Алан подсадил меня на машинку, изображая угрозу в голосе.
— Ну с ног же сошло, — а я хихикала, продолжая нарываться.
— В этот раз тебе так не повезет, детка. Пленника придется кормить.
— На кухне тосты стынут и кофе, — попыталась оправдаться.
— Я не об этой пище, малыш.
Он присел, раздвинул мне ноги, лизнул. Я закатила глаза и схватилась за трубу в стене. Этот сумасшедший действительно пожирал меня. Его язык нырял в меня, пока палец поглаживал клитор. Машинка подо мной вибрировала, что чертовски ярко оттеняло волшебные действия Алана.
— Хочешь кончить, пока тосты не остыли? — оторвавшись от меня на мгновение, спросил он.
— Да… — всхлипнула я и добавила, совсем уже обнаглев:… два раза.
Алан хмыкнул, пробормотав:
— Ненасытная, — и нырнул обратно.
Его палец стал чертовски быстрым, а губы буквально высасывали из меня всю похоть. Он, черт подери, питался моим возбуждением, как гребаный вампир кровью.