Кэсси Форман с язычком-бритвой, непрошибаемая, упертая. Почему она допустила, чтобы это дерьмо сошло им с рук?
Подъехав к участку, я ругнулся себе под нос. Кэсси сидела на ступеньках крыльца, затягиваясь сигаретой. Она знала, что я знаю. Она ждала меня. Я вышел из машины, присел рядом.
— Пол звонил, — тихо сказала она.
— Понятно, — кивнул я. забрав у нее сигарету. — Завязывай с этим дерьмом.
Я затянулся, сморщился. Ментол. Терпеть не могу.
— Мерзость, — буркнул я.
Кэсси вдруг зашлась в рыданиях.
— Противно, да? Тебе противно? Я знаю! Я мерзкая. Я отвратительная… Я…
Они… — захлебывалась плачем моя девочка.
— О, господи, малыш, прекрати, — я притянул ее к себе, стиснув в объятьях, оправдываясь. — Ментол. Это сраный ментол. Я его ненавижу. Ты не отвратительная, не противная. Не смей… Ты моя, малышка. Моя!
Она снова заплакала, но уже не так отчаянно, скорее, облегченно. Я поглаживал ее волосы и спину, успокаивая, нашептывая нежности.
— Я тоже, — всхлипнула она, утихая.
— Что? — не понял я.
— Ненавижу ментол, но в магазине других не было, — оправдывалась она, подняв на меня опухшие глаза.
— Детка… — я засмеялся и прижал ее к себе снова.
Мы молча сидели. Я пытался подобрать слова, чтобы начать разговор. Не давить. Помочь. Дать понять, что все будет хорошо. Что она в безопасности со мной.
— Кэсси, помоги мне, — выдавил-таки, — помоги мне наказать его. Я смогу и без тебя, но… Кэсси, если ты все расскажешь — будет проще.
Она смотрела на меня какое-то время, а потом кивнула. Поднялась, потянув меня внутрь. Весь остаток дня мы провели в моем кабинете. Я старался не давить на нее — сам молча стучал по клавишам, описывал все увиденное на мониторе, только иногда уточняя у нее детали. Кэсси морщилась, но воспроизводила их с Фордом разговор, его угрозы, свои ответы. Это было тяжело слышать даже мне. Кулаки сами собой сжимались, но, стиснув зубы, я заставлял себя продолжать печатать.
Вытащив из принтера готовый текст с показаниями, я протянул его Кэсси. Она потянулась за ручкой, не глядя подписала. Я даже не стал настаивать, чтобы она перечитала.
Обняв Кэсси, чмокнул в лоб и пошел за кофе. Вернувшись, обнаружил ее сидящей на диване — протянул стаканчик. Она проигнорировала.
— Он снимал, — тихо проговорила Кэсси.
— Что?
— Кевин снимал то дерьмо на видео. Десять лет назад. Люк не знал. Форд сказал, что если я кому-нибудь расскажу, то все в Сэнди получат возможность подрочить на дефлорацию дочки шефа. Он специально сидел в стороне, чтобы не попадать в кадр. Только Люк… и… и я.
— Но… но… — в ужасе заикался я, хватая ртом воздух. — Они же не…
— Не трахнули меня, — закончила за меня Кэсси, изучая стену. — Я думаю, что и вида его члена у моего лица папе бы хватило, чтобы совсем не геройски скончаться от разрыва сердца. И даже если… Потом все бы его жалели. А он… он бы сдурел от этого. Я знаю. Он никому не позволял себя жалеть.
Это был не просто каприз. Не просто стыд. Она уехала, сохранив все в тайне, потому что говнюк ее шантажировал. Черт подери!
— Ты думаешь, запись?..
— Я не знаю… Но думаю, да… У него. И… Я не хочу, чтобы ты это видел… Это… это… — она опять спрятала в ладонях лицо.
Я тут же подлетел к ней. Что я еще мог? Только обнимать. Хотя… Я должен включить мозги и сделать все, что возможно. Оградить ее от этого дерьма.
Избавить от страха, быть еще больше униженной. Она не должна зависеть от Кевина и его извращенных пунктиков.
Я долго разговаривал с детективом из Портленда. Они желали сами заняться этим делом. Форд и им стоял поперек горла. Оставшийся день прошел в долгих разговорах. Я отдал дело, но при этом настоял, что сам выступлю обвинителем.
Благо, моя квалификация позволяла это сделать.
Кэсси сидела на диване — очень тихая, какая-то потерянная. Райан принес ей обед, в котором она ковырялась исключительно из вежливости. Только моя нудная речь о правильном питании и угроза наябедничать отцу заставили ее проглотить половину. Ближе к ночи мы вернулись домой. Истерзанная нервным днем, Кэсси приняла таблетку и провалилась в тревожный сон.
Я долго смотрел на нее, гоняя в голове миллионы разных мыслей. Еще днем, пока Кэсси выходила в уборную, я записал ее на полное медицинское обследование в Портленде. Завтра мы вместе поедем туда. Пока я буду общаться с копами — она проверится. И… Я понял, что должен действовать прямо сейчас.