Рэнди не человек. Он киборг. И подход к нему нужен соответственный. С мелкой моторикой у него все в идеальном порядке. А речь… с ней проблемы в другом.
Если Рэнди повторял чью-нибудь фразу, он слово в слово произносил длинное предложение, даже копировал чужие интонации. Перестав подчиняться приказам, он и архивные базы чистить перестал, наверняка сохраняя там все, что могло пригодиться. И пользуясь этим, сохраненным. Полфразы отсюда, полторы оттуда…
А вот создать собственное речевое сообщение ему было гораздо сложнее.
Когда фантазерка Викки опять затевала игру «в джунгли», киборг мгновенно откликался своим «агрессивные формы жизни не обнаружены». И другие словосочетания «от программы» произносил без запинки. Может быть, даже и не сам произносил, а просто программно реагировал, на одном встроенном чипе, без осмысления, кто их, этих киборгов, знает. А вот фразы, не предусмотренные программой, Рэнди практически всегда обдумывал, полторы-две секунды, совсем крохотная заминка для человека, но просто огромный промежуток времени для боевого киборга.
Сандра начала тренировать «мозговую речь». «Что в руках у Викки?.. Да, цветок, а какой?.. А какого цвета?.. А какого размера?.. Викки пробует приколоть его к волосам, потому что он… какой?.. Виктория, не подсказывай… Правильно, красивый!» Для киборга открылся мир прилагательных — и он с трудом осваивался в нем.
Еще одной сложной задачей была социализация воспитанников. Викки и Рэнди жили в золотой клетке, общаясь только с обитателями усадьбы. Конечно, они смотрели фильмы о большом мире вокруг, но этого было мало. Большую пользу принесли бы поездки в ближайший город, но это Браун запретил твердо. Он позволял лишь недолгие прогулки на флаере по красивым ненаселенным местам (благо таковых на Шире хватало), да и то редко.
Поэтому Сандра решила с помощью кукол разыгрывать бытовые сценки: в ресторане, в парикмахерской, в космопорту, в туристической поездке…
Кукол в игровой комнате обнаружилось великое множество. На взгляд Сандры, игрушек у Викки вообще было слишком много. Судя по всему, они девочке очень быстро надоедали. Ухватится за новый отцовский подарок, повертит, позабавится — и забудет. И валяются по углам куклы, меняющие внешность, куклы с радиоуправлением, куклы с речевым блоком и сотнями фраз на все случаи жизни.
Иногда у Сандры возникало опасение, что Виктория и «братика» воспринимает как новую игрушку — сложную, интересную. Что будет, когда Викки с нею наиграется? Да, Браун не бросит приемного сына, но…
Эти мысли были тяжелыми, тревожными. Казалось бы, какое дело Сандре до киборга? Но она уже не могла воспринимать его как вещь — этого сдержанного, молчаливого, вежливого громилу (а по сути — ребенка), который с одинаковой серьезностью относился и к урокам, и к играм.
Первое время Сандру царапала мысль о том, что во время войны ее тихий и послушный ученик убивал людей. Вспоминались страшные кадры военных хроник. Однажды она не выдержала и спросила:
— Рэнди, кем ты был на войне? В каких войсках… был приписан?
Фраза получилась немного неуклюжей: Сандра чуть было не спросила, где он служил.
Она уже привыкла, что перед ответами на те вопросы, на которые в архиве не находилось готовых конструкций, гард делал небольшую паузу. Вот и сейчас пауза была почти незаметной, но все же была. И радовала. Значит, не берет готовое, значит, конструирует сам. Без давления, по собственной воле. Не ученик, а просто мечта преподавателя!
— Обоз, — сказал наконец киборг с какой-то странной интонацией (опять интонационная окраска! Отлично. Понять бы только еще — какая…). — Называлось подразделение. Люди — обозники. Их называли.
Нахмурился. И, помешкав, уточнил:
— Смеялись.
Эмоциональная окраска, похоже, была недоумением. Он и сейчас не понимал, почему смеялись те военные.
Но Сандра-то тоже хороша, навоображала себе разных ужасов! Ее ученик на войне был среди каких-то снабженцев или транспортников, над которыми потешались другие солдаты. Подумаешь, смеялись! Вот и хорошо, вот и пусть смеются, вот и не надо учительницам-паникершам придумывать всякие ужасы, которых вовсе и не существовало.
Усмехнувшись, Сандра отогнала воспоминания и вернулась к очередному представлению домашнего кукольного театра.
Рэнди, стоя на коленях рядом с сидящей на полу Викки, помогал ей расставлять игрушечную мебель. Сейчас это был концертный зал на курорте.
— Отлично! — оценила Сандра декорации. — Выбирайте, кто кого играет.