Кое-как дойдя до ванной комнаты, Тэхён всё-таки приходит в себя окончательно, как только в голову бьёт холодная вода, под струю которой он так успешно засунулся практически по плечи, для лучшего и более быстрого эффекта, чем это было от привычного умывания. Кран был закрыт, как только парень ощутил, что теперь его не вырубит точно. Слегка стряхнув лишнюю влагу с волос, Ким руками опёрся на край раковины, поднимая голову и вглядываясь в своё отражение в висящем на стене зеркале. От вида слоя пыли прямо на стеклянной поверхности, складывалось ощущение, будто его не моют не то, что месяцами, а целыми годами, но ведь нет — оно просто было слишком старым для того, чтобы выглядеть чистым даже после того, как его помоют. И почему-то именно из-за этого зрелища Ким Тэхёну каждый раз приходится разочаровываться в собственном образе жизни, который просто невозможно назвать нормальным. Что уж там о хорошем говорить?
Напоследок протерев волосы, висящим на крючке рядом с дверью, полотенцем, парень весьма-таки быстро переоделся в более удобную для бега форму, обул кеды, в очередной раз достаточно долго провозившись со шнурками, и, заперев квартиру на ключ, направился на улицу, параллельно с этим включая на телефоне первую попавшуюся песню, которая тут же громко раздаётся в наушниках, купленных Тэхёном по пути домой в местной барахолке, в связи с тем, что старые, увы, были утеряны сегодня ещё с утра. Благо, рядом с домом есть маленький магазинчик всяких безделушек, в котором можно приобрести что-то вроде дешёвых наушников, на первое время (пока более качественные купить не получится), что и сделал Ким, прекрасно понимая, что без музыки он на улице и пяти минут протянуть не способен.
Дверь подъезда, слегка притормозив у дверного разъёма, тихо захлопнулась за спиной, выпуская из помещения парнишку, который вот как уже два года живёт в этом районе, а его до сих пор путают со случайным прохожим, ведь с соседями он толком даже не пересекается, предпочитая проводить время либо в школе, либо в своей маленькой квартире, откуда никогда и писку слышно не было. Даже странно было осознавать тот факт, что там живёт двадцати-однолетний парень, у которого, по идее, должно было быть хотя бы парочку друзей, девушка и желание тусить и отрываться на полную. По крайней мере, так думали соседи, для которых постоянный шум в подъезде — дело обычное. Стены-то, как будто бы картонные, так что сквозь них, порой, можно было услышать даже шёпот. Но даже его, со стороны квартиры Ким Тэхёна, слышно толком не было.
Парню невероятно сильно повезло жить прямо напротив огромного парка, в котором, пусть и нет дорожки для бега, но имеется что-то на подобии тротуара, или же пешей дорожки, что уже не могло не радовать, ведь было где заниматься. Так что, если так подумать, то жаловаться на жизнь ему попросту бессмысленно — условия здесь вполне себе неплохие, пусть время от времени и создавалось ощущение, будто школьник попал в чистой воды адское местечко. Именно такие моменты, как вечерняя пробежка по воскресеньям, всё больше и больше заставляли его переосмыслить какие-никакие жизненные ценности, чтобы снова вернуться в состояние Ким Тэхёна, способного нормально разговаривать с людьми.
Слегка покачивая головой и бёдрами, в такт звучащей в наушниках музыки, Тэхён складывал впечатление сумасшедшего, который, вместо нормальной пробежки, попросту пританцовывал под песню, которую слышал только он сам, постепенно передвигаясь вдоль парка чуть ли не со скоростью черепахи. Его глаза были закрыты, а губы переодически дёргались, что уже могло свидетельствовать о том, что этот парень окончательно погрузился в свою собственную атмосферу спокойствия и умиротворённости, которую обеспечивало ему звучание одной из любимых песен в голове. И, даже если бы его кто-то сейчас увидел, что маловероятно, в силу того, что на часах почти половина десятого вечера, то он просто мило улыбнулся в ответ на перекошенные взгляды, которыми его, на постоянной основе встречали женщины и мужчины на улицах, среди которых, чаще всего, были именно родители маленьких детей, уж слишком сильно беспокоящихся о том, чтобы будущее их чада не превратилось в то, что сейчас происходит с Кимом, складывающим впечатление не то, чтобы даже сумасшедшего, а в хлам пьяного человека. И ладно ещё, если бы им детям тоже не нравились красивые дяди-недо-танцоры, от которых мамы и папы так яростно пытались отгородить, так вот ничерта — малыши абсолютно всегда улыбались в сторону парня, мечтая в будущем быть такими же беззаботными, как он. Чтобы не контролировали родители и можно было делать всё, что хочется. Этого ведь хотят все дети, верно?