Со стороны столовой раздавался приятный запах супа с морепродуктами и, как могла предположить Суён, пасты с грибами, вперемешку с лёгким ароматом кофе, от которого, честно говоря, Пак попросту сходила с ума. Даже не смотря на то, что Момо всегда говорила, что кофе может сильно повлиять на состояние здоровья, в последствии чего и на танцы в целом, девушка ну никак не могла отказаться от чашечки любимого напитка, сколько бы не пыталась. Даже не удивительно было то, что она смогла уловить совсем-совсем слабый запах кофе, сквозь множество других: солёных, острых, пресных. Танцовщица только ускорила шаг для того, чтобы побыстрее взять хотя бы один стаканчик тёплого напитка, а в идеале — два, а то и три.
И, как всегда, очередь была просто огромной. Понятное дело, все ученики в школе были невероятно голодны, ведь они последний раз если около пяти часов назад, из-за чего желудок жутко крутило, создавая ощущение, будто организм сейчас попросту съест тебя изнутри, желая побыстрее избавиться от жалкого человечка, в котором ему не повезло оказаться. Примерно так себе представляла мысли собственного желудка Суён, пусть и знала, что органы, сами по себе, думать и не могут. Но так она могла чувствовать себя, хотя бы, менее одинокой, чем, если бы она убеждала себя в том, что все эти мыслишки о собственной жизни пищеварительной системы — полнейший бред.
Взяв с нужного стола свободный поднос, девушка тут же заняла очередь, оказавшись сразу же за парнем, чья спина уже через пару секунд стала предметом для разглядывания для Пак Суён, у которой взгляд сам по себе бродил всюду, где только можно, вообще проживая жизнь отдельно от своего человека. Наверное, не удивительно, что иногда люди считали её сумасшедшей, предпочитая отойти от неё метров так на десять минимум — вдруг подобное поведение заразно.
Особенно так любили делать мамочки с детьми, для которых люди, вроде Суён это вообще чуть ли не чума, от которой они сбегают куда подальше, ибо не хотят травмировать психику своего драгоценного творения. И такие реально сильно раздражали, ведь невольно начинаешь чувствовать себя реально поехавшей, хотя, на деле ты просто делаешь то, что тебе хочется, вне зависимости от того, что на это скажут бабушки у подъезда. А ведь у подъезда, в котором живёт Пак, бабушки и в самом деле на постоянной основе обсуждают и осуждают жизни других людей, делая это так изощрённо, что иногда прям и хочется наплевать на их возраст и попросту втрескать так, да посильнее. Ведь танцовщица тоже, непосредственно, становится своего рода жертвой подобных разговоров, которые, зачастую, происходят настолько громко, что вообще кажется, что им лишь бы только быть услышанными. Радовало то, что госпожа Чо их ненавидела также, как и сама Суён, так что не нужно было бояться высказаться при ней об этих старушках, совершенно не переживая о том, что, на следующий день, об этом разговоре будет знать не только весь дом, но и вся улица.
— Пиздец просто, в общем, — девушка и сама не поняла, как такое произошло, но она сказала это слишком громко для того, чтобы не вызвать косые взгляды женщин-поваров и некоторых особей из других классов. А ведь Пак ещё ни разу не комментировала свои мысли вслух, как это порой происходило с Момо, когда она была расстроена или недовольна чем-то, а тут — сразу комбо: матерное выражение вдобавок.