— А ты злишься на меня.
— Нет, — он вздохнул. — Мне приходилось делать это для Валесами в Домаре.
Сирена напряглась.
— Она…
— Я не хочу говорить об этом, Сирена.
Она прижала ладонь к его щеке.
— Как ты можешь смотреть на меня с таким теплом, если ты так пострадал?
Он обвил руками ее талию, притягивая ее ближе.
— Потому что ты была причиной всего этого. Ты была моим светом звезд в темном мире. Мой маяк дома.
Сирена переплела пальцы с его, потянула его к кровати. Она забралась туда, убрала корсет.
— Залезай в кровать.
Он сглотнул и нежно поцеловал ее в губы.
— Если ты захочешь этого, когда протрезвеешь…
— Захочу, — заявила Сирена.
— Тогда я подожду и узнаю, — легко сказал он и отодвинулся.
29
Уединенный ужин
— Почему он не позвал меня? — спросила Сирена три дня спустя, так и не получив приглашение на ужин.
Калиана ритмично двигала гребнем по волосам.
— Потому что это мой брат. Он любит играть. Любит заставлять всех ждать. Даже королевичей.
Сирену смущало то, как она вела себя в ночь Белтейна с Дином. Она точно перепила пунша. Калиана поздно сказала ей, что он был смешан со старым ликером. Бочку приберегали для Белтейна и Самайна. Многие люди знали, что нельзя пить больше одного бокала, или нужно разбавлять другими напитками. Голова Сирены болела весь день после этого, и она едва могла смотреть Дину в глаза.
— Хотелось бы, чтобы он перестал играть. У нас нет времени Нам нужно вести армию и одолевать богиню.
— Киллиан еще этого не знает. Он, скорее всего, знает, что ты хочешь его армию, но не все остальное. Я все еще пытаюсь смириться с существованием магии, а я жила с ней много месяцев. Я не знаю, как пройдет первый раз, когда ты ему расскажешь, — она еще раз провела гребнем по волосам. — На это может уйти время.
— А Малиса в это время строит планы, и я даже не знаю, где она ударит.
— Ты не можешь ничего сделать.
— Знаю, — раздраженно прорычала она.
— Ты хочешь поговорить о Дине? — спросила Калиана.
— Что? Почему?
Калиана приподняла бровь.
— Ты хочешь, чтобы я произнесла это?
— Нет, — сказала Сирена. — Сосредоточимся на Киллиане. Я думала, что была убедительна на Белтейне. Он сказал, что ему понравилась моя смелость. Может, мне стоит пойти к нему.
— Мой брат любит гоняться, — возразила Калиана. — Он должен ощутить, что это он ждет.
Сирена вздохнула и опустилась рядом с Калианой, чтобы перестать расхаживать.
— Что случилось с вами той ночью в охотничьей хижине вашего отца?
Калиана напряглась.
— Ничего. Почему спрашиваешь?
— Потому что могу тебя прочесть. Он сказал это, чтобы задеть тебя.
— Ничего, Сирена. Правда.
— Почему он хотел задеть тебя, Калиана? Я думала, он был рад видеть тебя дома.
Калиана опустила гребень и посмотрела на сады, которые были простыми без украшений Белтейна.
— Мой брат никогда не был мне рад. Ты точно заметила, что мы — двойняшки. Это необычно для Тика, это ценится. Двойняшки означают удачу на годы, особенно у королевичей. Когда у мамы родилась двойня, радовалась вся страна. Потому народ так любит Киллиана. Он приносит им удачу, просто родившись двойняшкой.
— Но он не любит делиться, — поняла Сирена.
— Не любит, — сказала она. — Если он что — то задумал, его ничто не собьет. Для него это был трон. И хоть я никак не могла унаследовать его, он сделал все, чтобы я не мешала ему, — она повернулась к Сирене. — Он не смог избавиться от меня, потому что мое существование обеспечивает ему любовь. Мое убийство будет означать плохие вести. Но это означало и то, что нам нужно было расти вместе, потому что люди хотели видеть нас вместе. Он не пускал меня ни к кому. Я могла быть только с ним.
— Это ужасно.
— Да, — сказала она. — У меня не было друзей, пока я не уехала в Бьерн. Хотя… и там их не было. Все было тем же.
Сирена скривилась. Калиана не была с ней добра, но Сирена не думала, как ощущала себя иностранная принцесса в месте, где никого не знала.
— В Белтейн, когда нам только исполнилось двенадцать, мы отправились в охотничью хижину отца. Нас не растили при дворе. Нас все время отсылали, так что это не было чем — то новым. Киллиан хотел отпраздновать. Мы работали вместе неделю, чтобы все было готово — костры, цветы, украшения и еда. А потом, в ночь праздника, я пришла в новом платье, а он сказал, что я не приглашена, — Калиана взглянула на Сирену. — Он заставил меня смотреть из окна спальни на веселье, куда были приглашены все остальные. А потом ему хватило наглости прийти ко мне в спальню поздно ночью и рассказать обо всем, что я пропустила. Я поняла тогда, что брат не перестанет пытаться избавиться от меня, чтобы в одиночку занять трон.