Привал решили совместить с ночевкой, за оставшийся день и вечер, подгоняемые ударами уставшие люди сумели пройти лишь половину пути до океана. Шустрые гоблины стали разворачивать спальные мешки и разжигать костры. В центре временного лагеря прямо в снегу разместили трясущихся от холода людей, окружив их часовыми.
За половину дня перехода в живых осталось только сто пятьдесят человек. Гоблины-санитары шустро орудовали широкими ножами и пилами, разделывая тела насмерть замерших людей, повисших на общей веревке. Кровавая ноша распределялась между оставшимися в живых сельчанами.
Квинт был сильно подавлен увиденным. То как добро островитяне обошлись с ним, шло в разрез с их поведением в отношении с другими людьми. Только сейчас Хитрово осознал, что им наплевать на людей. Они видят в них только рабов, только средство в достижении поставленной цели. Жители островов играют в самую важную игру в их жизни - выживание. И если ситуацию не изменить, то родная земля превратиться в дом врага, а его будущие дети станут рабами, обретя новых хозяев.
"Врага... - подумал юноша - Ещё вчера я считал этих изуверов своими спасителями, а теперь они для меня враги человечества. Они издеваются над людьми. Как я сразу не заметил, что они не взяли для новоиспеченных рабочих с собой еды, теплых вещей, да даже простых снегоступов. Им наплевать на судьбу местного населения.
Странно, но я никогда не считал себя святым, а тут заговорил про судьбы людей. Наверное, я просто устал от этого грязного мира. Устал от вечно блядующей, садомистской знати. Устал от безразличных правителей бездельников, от голодных, тупых и хищных крестьян, от ушлых обманщиков торговцев, от некромантов движимых только жаждой наживы на чужом горе. Я не хочу больше так жить".
- Ложись рядом со мной - сказал Квинту старик - Ночью теплее будет, если спальники рядом с костром поставить.
- Мне тут в стороне хорошо - понуро ответил парень.
- Ты это... Попроще относись к происходящему, а то с ума сойдешь. В мире не бывает черного и белого - попытался утешить Квинта дед - Островитяне не относятся как к личности к этим людям, они просто пытаются благодаря им выжить. Они не чудовища, ими движет исключительно холодный расчет. Ведь тебя никто не заставляет работать? Мы тебя выходили, дали еду и теплую одежду. Все, что нам от тебя нужно это только чтобы ты стал нашим переводчиком. Для взаимодействия с юронцами нам нужно больше людей. Меня одного не хватит.
- Я все понимаю, не переживай. Всё в порядке - закончил разговор Квинт - Завтра будет новый день.
Отвернувшись от своего собеседника, Хитрово с головой укутался в спальный мешок, выполненный из меха неизвестного животного.
Эту ночь пережило всего восемьдесят человек. Каждую ночь становилось все морознее, если так пойдет и дальше, то скоро от холода перестанет спасать даже теплая одежда.
Гоблины в лагере были настороже. На подступах к нему были выставлены дозоры, а сам лагерь охраняли патрули, поочередно их сменяла отоспавшееся смена.
К основному прибрежному лагерю отряд Квинта с оставшимися рабами вышел только к обеду следующего дня. За те недолгие трое суток, что отсутствовал Квинт база островитян претерпела изменения.
При входе в него вповалку лежали необработанные свежесрубленные бревна, были построены две смотровые вышки, на которых несли дежурство часовые и ещё остовы четырех возвышались в отдалении.
Грязный снег был весь покрыт опилками и стружками, повсюду с деловой суетой сновали гоблины и люди, скидывая бревна из аккуратно сложенных штабелей, привязывая их к саням и волоча их вглубь лагеря.
Отряд разведчиков вышел встречать комендант лагеря вместе с десятком солдат. Обмолвившись парочкой фраз с командиров отряда, они увели захваченных людей в ближайшие бараки. Строй Квинта устало зашел в наполовину законченные ворота будущего частокола, аккуратно огибая копошащихся рабочих, которые с помощью веревок пытались вертикально зафиксировать грубо обработанные, заостренные бревна.
Квинт молча пошел мимо деревянных бараков и складов к причалу. Он практически не разговаривал с Ярославом в течении всего их пути в лагерь, что не ускользнуло от внимания старика и сильно его печалило. За эти недолгие три недели, что юноша был в их лагере, Кислов успел прикипеть к мальцу. Он был для него первым повстречавшимся за многие годы живым человеком, тем с кем можно было поделиться на своем родном языке сокровенным, с тем, кому можно было рассказать о своих приключениях. И пускай между ними было небольшое недопонимание, ведь Ярослав покинул родные края еще будучи мальчишкой. Из-за этого его словарный запас был довольно таки скуден. Но ему помогал Квинт, а дед в свою очередь объяснял новые для некротцев термины островитян. Но последние события навсегда изменили отношения Квинта к жителям островов. Пелена миролюбия, справедливости и благополучия спала с глаз юноши.
Подошедшего к берегу Хитрово ждал неприятный сюрприз. Корабля, который стал для него домом, не было на месте прикола. Отсутствовали и остальные судна. Причалы были пусты, только несколько солдаты копошились на берегу, продолжая возводить новые пристани.
Квинт взобрался на небольшой холм, расположенный в самом начале пляжа. Он наклонился, чтобы развязать снегоступы и сел на мокрый от легкого морского бриза снег, утопая спиной в насте. Ослабленные болезнью ноги юноши устали от многодневного перехода. Мех с каемки капюшона отсырел и противно прилипал к лицу, но это не мешало мальчику задумчиво вглядываться в серый горизонт.
Небо смешалось с морской гладью, только слабая рябь волн позволяла различить верх мира от его низа. Квинт не знал, сколько он так просидел, ни о чем не думая, смотря сквозь падающий с небес снежный пепел и бурлящее черное море. Встрепенувшись, он избавился от наваждения и уже было собирался подняться с насиженного места, как увидел вдали медленно выползающие из-за горизонта сотни белых маленьких треугольников. Как парень не силился их разглядеть, он так и не смог понять, что же это такое.
Только через несколько часов ему предстояло воочию убедиться в невероятной мощи, приближающейся армады островитян...
Глава IX . Пиррова победа .
г. Небоград.
Доминат.
Седьмой месяц апокалипсиса.
Полгода спустя...
Совещание затянулось до глубокой ночи. Каждую неделю князь Домината собирал военный совет. Не объявленная война продолжалась уже больше года. Лирий заметно изменился, стал более задумчивым и замкнутым, явно сказывалась накопившееся усталость.
- Доложите об экономической обстановке в Доминате и в Некротии, уважаемая Силен - обратился Лирий к своему хозяйственному советнику.
Ухоженная, молодая особа, поднялась со своего ажурно выделенного стула и кокетливо поправив длинную черную челку, стала зачитывать свой доклад.
- За прошедшую неделю ситуация лишь ухудшилась. Наше молодое государство находиться в бедственном положении. По последним данным уже второй год нам не удастся собрать урожай. Природный катаклизм сбил все хозяйственное планирование. Крестьяне из-за небывалых доселе морозов, потеряли почти весь скот и всех вьючных животных. Нависла угроза голода, запасы провизии в стране на исходе. Наши подданные едят, отложенный на весну, семенной фонд, что в дальнейшем еще больше усугубит кризис, растянув его на долги годы. Выделяемых государственных резервных запасов не хватает. В связи со сменой климата нарушена логистика, сильные заморозки и глубокий снег сделали многие населенные пункты недосягаемыми. О судьбе около миллиона наших граждан в южных районах мы до сих пор попросту ничего не знаем. В трех северных провинциях вспыхнули голодные бунты, подавить их силами графов пока не удается.