Захожу в кафе и присаживаюсь за столик. Максима еще нет. Услужливый официант приносит меню, но я заказываю лишь свежевыжатый цитрусовый микс и эспрессо. Долго размешиваю сахар, стуча чайной ложечкой по краям чашки – нервничаю.
Когда Он появляется, несколько женщин внимательно окидывают его взглядами. Да, привлекать внимание в его стиле, это ему удается всегда. Он элегантно наклоняется, целует меня в щеку, присаживается, делает заказ. Ему подходит слово «аристократ». Оно точно выражает его внешность, хотя и не определяет истинной сути.
– Ты хотела меня видеть? – бархатистые самодовольные нотки его тона, вызывают мою улыбку.
– Да, хотела. Мне нужно кое-что тебе сказать. Дело в том, что… нам надо расстаться.
– Даже так? – он удивленно приподнимает брови. – С чего вдруг? Тебя напугала Ольга? Не бери в голову, она больной и несчастный человек. Такое случается.
– Не в этом дело. Я вдруг поняла, что мы с тобой слишком разные.
– Это же хорошо, – перебивает Максим, – половинки и должны быть разные, противоположности сходятся.
– Дослушай, пожалуйста, – прошу я. – А то собьюсь. Я много думала и поняла, что не мазохистка по натуре. Мне это было нужно, чтобы что-то понять и принять в себе, осознать моменты из прошлого. Но я не смогу подчиняться так, как подчиняются твои девочки. Это не постоянное амплуа, а роль на время. И я думаю, оно закончилось. Я не хочу вводить тебя в заблуждение, потому что очень уважаю и ценю, – пытаюсь я сохранить его самолюбие, расставшись мирно. Разумеется, я не собиралась рассказывать ему о визите Ольги. Как знать, что потом он устроит бедной девочке. – У меня сын, ты знаешь. Он самое дорогое для меня существо на земле, и у него должна быть мама. С тобой я забываю обо всем, теряю волю, но моя ответственность говорит о том, что этого нельзя допускать, это неправильно.
– Катя, я понимаю, о чем ты говоришь. Я и сам много думал о тебе, обо мне, о нас, о жизни вообще. – Максим взял меня за руку и проникновенно посмотрел в глаза. – И я понял, что ты для меня важна совершенно по-другому. Мне не нужны больше эти практики, я хочу нормальную семью, детей. Я хочу жить с тобой. Хочу, чтобы ты родила мне ребенка. Если захочешь, мы не будем практиковать БДСМ-ные игры вообще или займемся ими по настроению. Выходи за меня замуж.
– Максим, прости. Ты прекрасная партия для многих женщин. Я думаю, что все женщины в зале мне завидуют, но я не могу. Я прожила с мужем много лет, мы родные с ним, и эту связь разорвать невозможно, несмотря на все наши ссоры, споры и разногласия. И я никогда не лишу ребенка отца. Это ответственность, которую мы принимаем на себя. Я вернусь к мужу. Если бы мы встретились раньше…
– Ты делаешь большую ошибку. Тебе нужно подумать. Ты сама говорила о том, что ваши отношения с мужем исчерпали себя. Хочешь до конца жизни влачить жалкое существование, как раньше?
– Может, ты и прав. Я знаю, что ты гораздо умнее меня. Но я так устроена, и с этим ничего не поделать. Ты найдешь себе ту, с которой будешь счастлив и у которой меньше груз жутких семейных историй за плечами. Пойми, меня предавали раз за разом мои родные и близкие, я не могу поступить так же со своей семьей. Тогда получится, что я ничем не лучше их. А я хочу быть лучше!
Лицо Максима исказилось. Было видно, что в нем борется его внутренний гнев и желание выглядеть достойно. Он сильно сжал мою руку, но тут же отпустил. Глаза его стали невыносимо льдистыми, губы превратились в тонкий шрам, похожий на один из тех, что на теле Ольги. Мне показалось, что я чувствую биение его сердца, я отсчитывала удары, глядя на пульсирующую жилку на его горле.
– Ты разочаровала меня, Екатерина. Не о том я думал, направляясь на встречу. Я мог бы подарить тебе целый мир любви, новых впечатлений, страсти. Ты никогда не узнаешь, что такое жить по-настоящему, потому что труслива и боишься всего на свете, а прежде – самой себя и своих желаний. В тебе гнездится болезнь, заставляющая тебя гнить изнутри. Мы могли бы вычистить гной, удалить его. Ты по глупой прихоти пятишься назад, чтобы долго и мучительно агонизировать, наблюдая распад своей несовершенной семьи. Ты нанизываешь пустые и тупые события своей жизни на нить своей жизни, не понимая, что это дешевые бусины, а не жемчуг. Когда ты постареешь, а это произойдет довольно скоро, то увидишь, сколько потеряла с моим уходом. Время необратимо. И если ты сейчас откажешься и уйдешь, то ничего изменить уже будет нельзя. Ты это понимаешь?