— У нас лучшая боевая группа, и при наличии такой сложной фауны это решающий фактор успеха.
Лин и Кьяра, которые рассчитывали присоединиться к победителю и поехать на Домино уже в ближайшие дни, только и успевали переводить взгляды с одного говорящего на другого. Пока все выглядело кисло.
Босс мрачно выслушал желающих. Взглянул на проекции цифр, которые говорящие гоняли по переговорной с такой скоростью, что казалось — вокруг них носится призрачный поезд, и отмахнулся с отвращением.
— Что скажете, дамы? Вы там были. Вам слово.
Лин откашлялась.
— Федерико, я сегодня не услышала самого главного — кто готов серьезно вложиться в контакт с местными. Учитывая, что верхушка Домино, так уж у них сложилось, с Бодайбо. А у них свои взгляды на жизнь, несколько отличные от Меркатора, и сложные отношения с Землей. Как минимум надо помнить об этом.
— Я полагаю, это ваша работа, — процедил через губу один из конкурентов.
— Мы не сможем ни о чем договориться, если не найдем понимания с нашей собственной группой.
— Вам надо с местными понимание строить, а не с нами, — упорствовал тот же начальник.
Федерико поднял бровь. Лин тоже подняла бровь. Кьяра запустила руки в волосы. Повисла тишина.
— Значит, вот как поступим, — заявил Федерико после паузы. — Лин, формируешь группу. Жду список людей и ресурсов…. Скажем, завтра. Возглавишь сама. На этом всё.
Начальники разочарованно выдохнули и потянулись к выходу. Лин и Кьяра выждали секунду и двинулись за ними.
***
Соленый раф нам достался не сразу, потому что, когда мы добрались до Шмидта, Кракко был полностью поглощен спором с Галиной Ивановной. Кракко размахивал руками и кричал, а Галина Ивановна, наоборот, говорила в полголоса, но о чем они говорят было совершенно непонятно.
Шмидт предложил нам пока что пельмени и компот, а раф пообещал добыть позже, когда сможет вырвать Кракко из цепких рук Галины Ивановны.
— Давай, — с некоторым облегчением согласился Драк. Пельмени — это хотя бы что-то знакомое. Мы уселись за стол рядом с кассой и стали выяснять у Шмидта, что мы пропустили.
— А что они так обсуждают? — поинтересовался Котий.
— Ну как же! Завтра приезжает подруга Ильи. И Галина Ивановна задумала ее встретить как положено: рассольником, салатом Бодайбо и расстегаем с осетриной. Затык, как я понял в салате Бодайбо, потому что Кракко знает его как русский картофельный салат и хочет готовить по-своему. Но Галина Ивановна непреклонна.
Ого, к Илье приезжает подруга. Вот жук, я вчера у него был, он ни словом не обмолвился.
До нас долетело слово «ланспик».
— Ланспик? — переспросил я.
— Да-да, в нем все дело. У них полное согласие по поводу раковых шеек и каперсов, но затык именно в ланспике.
— Что это вообще такое? — нахмурился Драк.
— Ха! Ты тоже не знаешь? И я не знал. — Шмидт достал из-за кассы планшет и сунул нам под нос уже открытую страницу.
Между тем, Галина Ивановна подхватила под руку Кракко и принялась вышагивать вместе с ним по кругу.
— Ах ты, — восхитился Котий. — Ну сейчас ланспик победит.
— Точно, — ухмыльнулся Драк.
Даже дымящиеся миски с пельменями не могли отвлечь нас от этого зрелища.
— А что она делает? — прошептал Георгий.
— О, это фирменная фишка Галины Ивановны. Она вот так человека берет, синхронизируется с ним, и потом он на все согласен, — ответил Котий.
— Как гипноз? — по этому поводу даже Уфф вылез из кармана.
— Ну не совсем. Скорее, продвинутая техника. Она ведь не внушает ему ничего, а просто выясняет, в чем проблема. Узнает, что мешает человеку согласиться, — объяснил Котий.
— Это сертифицированная практика? — хотел знать Уфф.
— Боюсь, что нет. Больше похоже на личную разработку. По крайней мере, я ничего подобного раньше не видел, — сказал Котий.
Однако убеждение шло не быстро, и мы успели доесть пельмени и выпить компот, прежде чем Кракко воскликнул:
— Да! Так и сделаем! Рассчитываю, что вы лично его порежете!
— Конечно, дорогой, — заверила его Галина Ивановна.
Ланспик победил.
Котий спрятал лицо в руках, чтобы не разрушить волшебство неуместным хохотом, Драк хмыкнул, а мы с парнями вопросительно посмотрели на этих двоих.
— Ну что непонятного? — сердито посмотрел на нас Драк. — Она его убедила под соусом того, что сама все порежет. И ему не придется наступать на свою шефскую гордость, вернее, придется, но чужими руками, а это уже совсем другое дело.
Тут Кракко заметил нас и закричал на весь зал: