— Никоим образом, — сбавил обороты премьер, но тут же завелся снова, — ничего подобного! Я просто хочу сказать, что с вашей стороны это нехорошо. У вас есть и пещеры, и фиррий, прекрасный климат. А что есть у нас?
— У вас есть туман, загрязняющий атмосферу Домино. И мне это не нравится.
— Как он может что-то загрязнять? Это ценнейший ресурс.
— Не вижу в нем ничего ценного. Мы наблюдаем за вашими выбросами в прямом эфире и вынуждены принимать меры. А наши люди из-за вас не попадут сегодня на спектакль.
Здесь премьер слегка притих, потому что невозможность попасть на спектакль для него звучало как криминал. Он осторожно предложил:
— Мы компенсируем все билеты. И отели тоже.
— Это наименьшее, что вы можете сделать, — сурово сообщил ему глава Домино.
Позади него кто-то что-то зашипел, и премьер пошел на новый виток.
— Но мы категорически не признаем загрязнение. Верните нам наш туман, и мы докажем, как вы были неправы.
— И зачем он вам? — поинтересовался Роман Николаевич.
— Это коммерческая тайна, — заявил премьер Рампы. — И сейчас у вас есть возможности нам помочь, а, значит, и себе! И Земле! И Меркатору! И Сифону! Ведь наши люди свою жизнь кладут, чтобы подарить вам вдохновение и надежду!
Роман Николаевич потер лоб. Изгибы логики рамповцев всегда его поражали.
— Так. О компенсациях, считаю, мы договорились. А чего вы собственно хотите от нас сейчас?
— Верните наш туман!
— Вернуть туман?
— Да-да, верните туман! Мы были не в силах перекрыть утечку. Это сделали с вашей стороны и отсекли выбросы. Теперь они безнадежно на вашей стороне и, возможно, скрываются!
— Туман… скрывается на Домино…
— И мы должны подписать договор об экстрадиции.
— Я понял, — заявил Роман Николаевич, чувствуя, что еще пять минут, и он сойдет с ума. — Я свяжусь с вами позже. Суммы компенсации мы вам сообщим.
Роман Николаевич отключил связь и тяжело вздохнул.
На другой стороне премьер выдохнул с облегчением и обратился к консультанту:
— Ну что, нормально я выступил?
— Нормально! Жаль, что сами предложили компенсацию, но это минимальные потери. Теперь, если они попытаются вас обвинить в загрязнениях, мы выставим претензии по присвоению ресурсов. А вернуть нам туман они, конечно же, не смогут!
На ликвидацию туманных соплей, которые пролезли к нам с Рампы, я собрался ехать с Барухом и Пумом, решив, что Барух должен помнить, что это за штука, а Пум, являясь копией Баруха, тоже должен об этом знать. Подумав, я захватил еще и Фросю. Мы слегка оголили наши пещерные силы, но у портала постоянно люди, их должно хватить.
— Хорошо, поужинать успели, — фыркнул Котий. — Хочешь, съездим с тобой за компанию?
— А давайте, — согласился я. — Прокатимся. Поглядим, как там и чего.
Мы забрали из нашей пещеры Баруха с Фросей и погнали к порталу на Рампу.
Когда мы подъехали, пограничники безуспешно пытались разогнать путешественников. На Рампу те уже не хотели, а получив обещание компенсации билетов, намеревались получить компенсацию зрелища, поскольку чутье им подсказывало, что и здесь будет интересно.
Нас встретил Балакирев.
— Концепция изменилась, — сообщил он нам. — Теперь это говно надо вернуть на Рампу.
— Серьезно? — заржали Котий с Драком. — Вернуть?
— Да, — подтвердил Балакирев. — Звонил премьер Рампы. Мы сторговали компенсацию за билеты наших на возврат сбежавшего тумана. Они утверждают, что это ценный ресурс, и мы не должны его присваивать.
— Должен сказать, — заявил я, — что это неплохая идея. Я не хочу оставлять лератовский выброс на Домино. Мне эта субстанция никогда не нравилась, и Барух ее тоже поглощать не хочет. В прошлый раз он ее растоптал.
— Вот что-то подобное я и хотел предложить, только без растаптывания. Взял на себя смелость подвезти контейнеры, — Балакирев повел рукой в сторону, и мы увидели три транспортных контейнера.
— Но они же негерметичные, — удивился Котий. — Эта дрянь оттуда убежит.
— Других не нашли пока, — развел руками Балакирев.
— Причем запихать мы туман туда вполне сможем, — пообещал я, вспомнив, как Барух таскал туманные пласты по земле.
— А мы можем его перевести в какую-то другую форму? В твердую, например, — спросил Балакирев.
— Мы можем его заморозить, у нас есть один крокодил, который такое может. Мы его даже привезли.
— Хм, — задумался Балакирев.
Мы обступили портал, разглядывая ущерб. Завязанные ленты полосы тумана задумчиво колыхались. Любопытные домайнеры подтянулись ближе.