Я тоже не разделял всеобщего восторга по поводу этого персонажа, но и претензий у меня к нему никаких не было. За то время, что он пробыл на Домино, он ни разу не вызвал бригаду зачистки, все время справлялся самостоятельно, даром что работал один. Вернее, не совсем один. У него были два каких-то устройства, которых он никому не показывал.
— Ты не давай ему крокодилов, — как-то сказал мне Котий. — Не нравится мне этот человек.
— Не дам, — согласился я. Очередь на них так и так была до горизонта. У меня еще был план переделать Кьяриного крокодила, который изначально вышел с укороченными лапками, похожим на таксу. Но это дело все время откладывалось, да и Кьяра не настаивала. Говорила, что он у нее самый умный, и она не хочет рисковать. Так мы с ней и договорились: оставим так, а если погибнет, переделаем.
Форму с шестиногим крокодилом я оставил себе. Вдруг что с Барухом, а я уже привык, что он такой. Но Барух-основатель династии и не думал гибнуть, а гонял тварей в хвост и в гриву. Обширное присутствие Бантия в пещерах нам здорово помогло, быстрых тварей теперь не было совсем. Но вместо быстрых в добывающей пещере у нас появлялись большие и плотные, и крокодилам приходилось тратить много сил на разбор очередного пещерного создания. А в портальной мы поставили в комплект к поглотителям, еще и сушки, и теперь там была тишь, да гладь. Сушки оказались вполне приличными, мне даже не хотелось их переделывать. Параноик Котий заставил меня заказать еще две запасные, и я не стал спорить.
Кракко со Шмидтом решили делать к Новому году сладкие наборы — большой из новогоднего кекса и малый, со сладким цветным драже. Если новогодний кекс Кракко без вариантов решил печь по собственному рецепту, то насчет драже решили провести опрос среди домайнеров. Чтобы как настоящий большой бизнес прислушаться к мнению потребителей.
На этом пути их ждала неудача. Поскольку на Домино был только один любитель драже — Котий, он забил весь тред своими комментариями, о том, с какой рыбой надо сделать это самое драже.
— Нет, ты слышал? — возмущался Кракко. — Он хочет драже с тунцом! Видано ли!
— Слышал, — лениво отвечал ему Шмидт. — Ну а что ты хочешь? Он же Элур? Еще скажи спасибо, что он не хочет драже с оклатеро.
— Это что за зверь? — вскинулся Кракко.
— Это рыба. Водится на Элурусе. Она какая-то очень вкусная, и драже с ней делают в золотой оболочке, не в серой, как с другими.
— А ты откуда знаешь?
— А мы с ним еще давно когда-то встретились на терминале. Он свою посылку получал, я свою. Сейчас-то доставка работает нормально, а тогда все сами, ножками. И он прямо пел и плясал. Кто-то ему из дома прислал.
— Хм, и что, думаешь, вкусно?
— Не знаю, а что?
— Я хочу попробовать. Может, я что-то пропускаю?
— Тебя не поймешь. То ты возмущаешься, что кто-то смеет несладкое драже есть, а то требуешь себе порцию. Я тебя уверяю, если б это было вкусно, все бы ели.
— Ничего подобного! Когда я сюда приехал, никто не хотел есть пиццу со скумбрией! А теперь? Уверенная позиция номер два!
— Номер четыре, так-то, — поправил его Шмидт.
— Ну ладно, три, а почему четыре-то?
— Потому что третью позицию занимают мои пельмени.
— Так считать нечестно! Надо считать среди пицц!
— Честно-честно. И то, и другое — еда. Помнишь, ты мне говорил, что когда люди распробуют пиццу, они мои дурацкие пельмени есть не будут?
— Помню. Был неправ. Люди готовы есть всякую гадость.
— Ты и сам иногда их ешь.
— Только когда очень голодный.
— Ладно. Так о чем мы?
— О том, что если людей учить что-то есть, они будут есть. А если вести себя как Элуры, у которых все интересное зубами надо выгрызать, то ничего из твоей еды есть не будут.
— Ну ты можешь попробовать выгрызть. Попросим Котия поделиться?
— Нет, хочу сделать ему сюрприз.
— Здесь все ненавидят сюрпризы.
— Это будет сюрприз наполовину. Он же просил драже с рыбой. Вот они и будут. А остальные получат нормальные сладкие, на мой вкус. Раз никто ничего толком не ответил.
— Ладно. А кого попросим достать те драже?
— Давай Марка. Даже нет. Давай Кьяру, а она попросит Марка. А у них там прямой портал, можно будет тихонечко передать.
— План-капкан! А чего не Драка?
— Я его как-то опасаюсь. Вроде приходит человек-человеком, но мы-то знаем! — глубокомысленно заметил Кракко.