— Лет пятьсот назад, я думаю. Они все тогда примерно переехали, — добавил Филипп.
— Вот.
— И что? — все еще не понимал я.
— Ты себе представляешь, как устроены такие семьи? — продолжал допрашивать меня Котий.
— Нет. Да. Нет. Наверное, всех отправляют учиться в частную школу. А потом дают много денег, — предположил я.
— Ахахах, — заржали уже все трое.
— Ну ладно, я не знаю, — надулся я. — Я никогда не сталкивался с богатыми людьми и даже не думал об этом. И не знал, что у Кьяры такое наследство.
— Никакое наследство Кьяре не положено. У Кьяры есть только обязательства перед семьей. Нет, какое-то наследство у нее будет, может быть, но в принципе она не наследница. Потому что в таких семьях всегда основные ресурсы вкладываются в того, кто может принести семье максимальную пользу. А остальные должны его обслуживать. Вот их роль.
— И Кьяра?
— И Кьяра внутренний конкурс на главную скаковую лошадь не прошла. Это я точно знаю, потому что знаком с главной надеждой семьи, — объяснил Котий. — Иначе бы ее не отпустили с Меркатора. Но это не значит, что ее полностью освободили от семейных обязанностей. В этих случаях наступает своего рода обмен: тебе немножко свободы, а мы на тебя за это не сильно обижаемся. Но ты все равно должен. Судя по тому, что она здесь, в ее обязанности входит сбор информации и исследование нового мира на предмет новых возможностей. А больше ничего ей делать не положено.
— И что? — все еще не понимал я. — Пусть собирает.
— Да что ж такое-то, — возмутился Драк. — Все еще не понимаешь?
— Нет, — помотал головой я.
— Ей не положено было лезть ни в какую артефакторику. У семьи есть свое артефакторное производство, причем больше химическое, чем артефакторное, и они его охраняют даже от своих. Ее дело контакты и цифры.
— А если человеку интересно? — возмутился я.
— Ну и что? Не положено и всё, если такая семья считает, что ты не потянешь эту задачу на высшем уровне, то тебе не позволят этим заниматься. На Меркаторе все подобные пути для нее были закрыты, — улыбался мне Котий. — Так что ты даешь ей возможность лазить в такие вещи, в которые никто бы дома не позволил.
— Это типа была ее мечта? — пытался понять я.
— Нууу… наверное, нет, — протянул Котий. — Просто это ад кромешный шагать всю жизнь по заданному маршруту, да еще понимать, что ты постоянно недорабатываешь.
— Надо понимать, что ты знаешь о чем говоришь, — дошло до меня.
— Ммм, пожалуй, да, — ухмыльнулся Котий.
— И ты знаешь? — повернулся я к Драку.
— У меня немного другая ситуация, но в целом да, — хмыкнул Драк.
— И поэтому вы всё так быстро выяснили про Кьяру?
— Чего там выяснять-то было? — возмутился Котий. — Кто такие Алеотти, все знают.
Я пошел ставить чайник, чтобы отвлечься. Опять я не в курсе жизни большого мира.
— Чай-то будем? — повернулся я к товарищам.
— А как же! — обрадовались они. — Давай заварим вот этот.
Драк подскочил к шкафу и вытащил еще одну подозрительную упаковку с какими-то шариками.
— А это что? Опять самозародилось в шкафу? — с подозрением спросил я.
— Не, это я купил у Окто, — заявил Котий. — Должно пахнуть лимонами. Но не факт.
— Ладно, посмотрим, — пообещал я. Поглядел на эти странные шарики и не стал пачкать заварочный чайник. Раскидал каждому по кружке. Посмотрим, что за зелье.
— Ну ладно, — решил я вернуться к теме, гоняя ложкой странные шарики по своей кружке. — И что вы мне всем этим хотите сказать?
— Да ничего, — пожал плечами Драк. — Просто знай, что все немного сложнее, чем кажется. И что ты для нее представляешь несколько большую ценность, чем любой в этом мире.
— Все равно не понимаю, — упрямо пытался сложить я два и два, безуспешно получая три. — Почему?
— Вот представь, — вздохнул Котий. — Что тебе всю жизнь не дают мороженого. Не потому что нельзя холодного или сладкого, а потому что не положено.
— Как это? — нахмурился я.
— Ну вот так. Брату твоему положено, а тебе нет. И никто не покупает, поскольку у тебя грозный папа, хотя на самом деле мама, но это уже неважно. И от папы прилетит всем, кто тебе его купил. И тут появляется человек, которому плевать на папу, плевать на ограничения, и даже после того, как ты ему все объяснил, он все равно идет и покупает тебе мороженое.
Я попытался это представить. Если ситуация такая, то да. Некоторые вещи становятся понятнее.
— Но есть еще момент, — продолжил Котий. — Она себе не совсем хозяйка, такие семьи никогда далеко не отпускают своих. Кьяра, безусловно, человек со своими представлениями о прекрасном, и никто не заставит ее тебя бросить, если она сама не захочет, но возможно всё это будет для вас непросто.