К сведению я все это принял, но проникнуться до конца не мог. И только покрутил ложкой в чашке.
— Ну и ладно, утрясется как-нибудь. Разберемся.
— Ты только не вываливай на нее вот это всё при встрече, — предупредил меня Котий.
— Ну что ж я совсем дебил, — огрызнулся я.
— Не, ну мы не знаем, — захохотал Драк. — Она ведь не в курсе, насколько ты ничего в этом не понимаешь. Это же уму непостижимо, не знать, кто такие Алеотти.
— Ладно, я почитаю, — пообещал я.
— Почитает он, — пробурчал Котий.
— А и почитаю! — с вызовом бросил я, забрал чай и ушел в комнату. Читать про Алеотти.
— Может, зря вы ему сказали? — высказал свои сомнения Филипп.
— Да просто разговор зашел, чего бы не сказать, — фыркнул Котий. — Тем более, без этой базы ей будет трудно ему объяснить, почему ей надо уехать вот прям сейчас.
— А ты думаешь, это скоро будет? — прищурился Драк.
— Думаю, да, — уверенно сказал Котий. — Алеотти же исконные враги Бенефакторов. А Бенефакторы сюда уже по локоть влезли. Если не по плечо. Уж как минимум ее сгоняют на инструктаж, если вообще не попытаются изъять до разрешения конфликта.
— Точно! — стукнул себя по лбу Драк. — Вот не было печали. А ты думаешь, начнется?
— Я думаю, — раздумчиво протянул Котий, — что оно не только началось, но и никогда не закончится. Если бы не наше неустойчивое состояние, можно было бы ожидать полноценного вторжения.
— Еще не хватало, — возмутился Драк. — Мы их сюда не пустим!
— К счастью, они сами не идут. Всё соревнуются, чьими бы руками жар загребать.
— А я вот хотел спросить, — внезапно оторвался от чая Филипп. — А что вы собираетесь возить по вашему новому порталу?
— Хороший вопрос, — помешал чай Котий. Выловил какой-то кусок фрукта и съел. — Не знаем пока. У Тривии есть для нас продукт, но что-то не клеится пока. С другой стороны, еще мало времени прошло. Тот товарищ Марка собирался разобраться, но, как мы поняли, на Тривии все происходит еще медленней, чем на Меркаторе. Так что каких-то позитивных подвижек я раньше Нового года не жду. А через портал на Элурус мне родные подарки шлют.
И Котий улыбнулся с таким видом, как будто весь Элурус внезапно оказался у него в кармане.
Несмотря на сгущающиеся на горизонте тучи, мы прожили спокойно до Нового года. Филипп доделал пещеру и уехал. Умчался богатый и счастливый, кажется, проклиная тот день, когда он согласился работать на Домино. Мы были на него совершенно не в обиде, наш мир не всякий выдержит, а работу свою он сделал хорошо. И, главное, домик напротив освободил, так что я заехал туда буквально через неделю со всем своим барахлом. Вторую спальню, которая была побольше, я ликвидировал и устроил там мастерскую. И сейчас ждал свой собственный экструдер для крокодилов.
Ситуация с пошлинами не изменилась, и мы нагло купили аппарат через Элурус. Котий задействовал какие-то свои связи, попутно пообщавшись с Гатой, которая хохотала как сумасшедшая, узнав, что мы вновь удостоились персонального внимания крупнейшего торгового мира.
«Я думаю, — написала она Котию, — что все это для того, чтобы мы, Элуры, хорошо зарабатывали».
«Там, где один Элур зарабатывает, второй теряет», — ответил он ней.
Но в это Гата не поверила, впрочем, мы действительно внакладе не остались. Обслуживание этого агрегата меня не очень беспокоило, я заказал такую же примитивную конструкцию, которую месяц назад мы купили Илье, и с которой вполне справлялись. В любом случае она была лучше изначальной, так что в деле производства крокодилов наметился ощутимый прогресс. Узнав, что у меня наконец образовалось собственное помещение, Илья даже хотел отдать мне свое устройство, но вспомнил, сколько он зарабатывает на изготовлении стационарных поглотителей и передумал. А вот крокодилами без меня он заниматься наотрез отказался.
Поголовье крокодилов уже сейчас насчитывало около трех десятков. Около — потому что все время кто-то доблестно погибал в битве с туманными тварями и ехал на восстановление. Окончательно и бесповоротно мы потеряли только двух, которые полезли в щель в пещере Берта перед окончательной передачей ее новому владельцу и там куда-то провалились. Мы даже их начинку достать не смогли.
Пещерой Берта теперь владел меркаторец — веселый парень чуть старше меня, гитарист и балабол, Шон Мурхед. Котий ворчал, что пещера Берта приманивает людей с музыкальным талантом, и лучше бы она их сразу куда-нибудь девала, чтобы они людям зря голову не морочили. Портал, который открылся и закрылся в той пещере, больше себя никак не проявлял, и наш Пещернадзор говорил, что больше и не появится. Видимо, он просто искал себе точку получше и нашел ее у нас.