- Если бы я знал, - де Граф грустно вздохнул. - Они с отцом что-то резко обсуждали. Я тогда лекарствами залит был по горло, почти ничего не понимал из происходящего. А спрашивать бесполезно, отец только говорит, мол, "тебе это знать не требуется, но я не желаю иметь дел с этой женщиной, и тебе не советую".
***
Алихад поставил миски с кормом на пол и открыл дверцу загона. Пушистая толпа щенков, толкаясь, нетерпеливо подбежала к еде. Шестеро, за исключением чёрной. К своей миске она подошла не торопясь и, так же неторопливо, принялась за еду.
Алихад покачал головой. Ему не нравилось, как Шилка ведёт себя в последнее время. Её однопомётники играли друг с другом, таскали товарищей за хвосты и уши, бегали друг за другом кругами по двору, когда их выпускали гулять. Шилка же сидела в стороне. В играх она не отказывала, но сама не проявляла инициативу. И, ладно бы, с рождения такой была, нет, все изменения появились за последние два-три дня. Надо сообщить господину. Вдруг, заболела?
Саму Шилку волнения Алихада не интересовали. Её больше занимали другие щенки, особенно вон тот, с рыжими подпалинами. Самый толстый в помёте он уже заглотил свою порцию и примерялся к соседским. Ближайшим соседом оказалась Шилка. Толстяк попытался сунуть морду в её миску, но услышал предупредительное угрожающее рычание. Потоптавшись на месте он, всё же внял голосу разума и не стал связываться с сестрой. Мало ли, ещё укусит больно. Вон, и шерсть на загривке подняла.
Убедившись, что поползновение на еду остановлено, Шилка продолжила не торопясь есть. Толстяк же присоединился к другой сестре. Та забралась в миску передними лапами и не отреагировала на нахлебника, увлечённо разбрасывая мясную кашу по сторонам.
Алихад сделал в уме пометку, что, если она скоро не научится нормально есть, придётся кормить отдельно.
Человек забрал опустевшие миски и ушёл. Щенки, не обременённые обязанностями, разбрелись по вольеру на послеобеденный сон. Шилке снилась какая-то чушь. Сначала она куда-то бежала, с кем-то лаялась, а потом, вообще, полетела. Она бежала по небу, перепрыгивая с облака на облако, чувствуя необъяснимую радость. Шилка открыла сонные глаза. Не просто так во сне летала - вернулся человек и поднял её на руки. У входа в вольер стоял другой. Большой. Вкусно пахнувший и излучающий что-то родное, к чему так и тянет прикоснуться. Большой человек взял Шилку у кормильца и принялся осматривать. От счастья у щенка едва не перехватило дыхание. Хвост заметался из стороны в сторону, прихватывая в своей радости и пушистую попу. Всё то время, пока была на руках у большого, Шилка норовила лизнуть его.
Но счастье не может длиться вечно. Большой-и-вкусный закончил осматривать щенка и вернул в загон. Человек-кормилец подал ему следующего. Шилка опёрлась передними лапами об ограду и тянулась к большому, продолжая неистово вилять хвостом.
- Непохоже, что болеет, - заключил большой, осмотрев остальных щенков. - Скорее всего, просто взрослеет, характер проявился. Вон, у них и зубы пошли на смену. Проследи ещё несколько дней на всякий случай.
Большой перегнулся через ограждение и потрепал по голове тянущуюся к нему Шилку.
- Кажется, общество людей она любит больше, чем соплеменников. Стоит из неё воспитать компаньона-телохранителя.
Люди ушли, а Шилка ещё долго смотрела им вслед. К ней пришло осознание, что, то непонятное томление и желание неизвестно чего, связано с этим Большим-и-вкусным. Ей хочется быть рядом с ним, и всё это время тянуло к нему, но, пока этот человек не пришёл, она о нём не знала.
Прошло несколько дней. Большой-и-вкусный больше не приходил, и Шилка начала действовать сама. Пока однопомётники носились друг за другом по вольеру, она рыла подкоп. Плотная земля поддавалась с трудом, но упрямство в достижении цели сделало своё дело. Под ограждением появился узкий неглубокий лаз, в который щенок едва смог протиснуться ползком, оставив немного шерсти на стенках.
Направление, куда двигаться, ощущалось слабо и в общих чертах. Шилка вышла из открытой двери и замерла. Перед ней открылся огромный двор, в несколько раз больше вольера, где подрастал её выводок. Нос заполнился множеством запахов. Большинство из них и раньше попадало в вольер, но сейчас они стали интенсивнее. В одном из них щенок уловил знакомый запах Большого-и-вкусного.
Не умея разбирать направление следа по изменению запаха, Шилка пошла в ближайшую сторону, где он ощущался. Нос привёл к зданию с рядом одинаковых комнат-вольеров. В каждом стояла огромная странная собака.
Нет, не собака, эти существа пахли не хищником. И лапы оканчивались не пальцами, а одним большим тупым когтем. Одно нагнулось к щенку, заинтересовавшись гостем. Шилка тоже обнюхала его морду. Нет, точно не хищник. От пасти пахло травой и сеном. Существо громко фыркнуло и всхрапнуло, слегка испугав юного волкодава.
Шилка обиженно вышла из конюшни. Большого-и-вкусного человека она там не нашла, а обитатели, хоть и интересны, но слишком огромны. Выбрав на перекрёстке другую запаховую дорожку, щенок отправился на дальнейшие поиски.
На большом дворе, вымощенном камнями, несколько человек занимались своими странными делами. Мужчина равномерно размахивал палкой с прутьями на конце, гоняя ими пыль и мусор по двору. С другой стороны женщина развешивала на верёвки какие-то тряпки. Большая корзина с ними стояла на земле у её ног.
Заинтересовавшись корзиной, Шилка направилась к ней, игнорируя остальных людей во дворе. Сунув в бельё нос, она почувствовала слабый знакомы запах, исходящий от одной из вещей. Стирка и мыло не смогли его полностью убрать. Схватив ткань зубами, щенок потащил добычу в сторону, даже не зная, зачем она ей, и что с ней делать.
Прачка закончила расправлять простыню на верёвке, нагнулась взять следующую вещь и заметила воришку.
- Ах ты, пакостник, что творишь? А ну, отдай! - она схватила рубаху, которую Шилка не успела далеко утащить, и крикнула куда-то в сторону. - Лизка! Бегом за Алихадом! Чего это его подопечные без присмотра хулиганят?
Шилке игра в перетягивание рубахи понравилась. И схватить ткань можно удобней, чем кусок верёвки или мосол, с которыми играли щенки. И кричит тётка так азартно, воодушевляюще.
Через несколько минут прибежал человек-кормилец. С его появлением Шилка бросила рубаху и переключилась на игру в догонялки. Так весело ей давно не было. Щенка ловили всем двором, пока не загнали в угол, и Алихард не подхватил её на руки.
Немного повырвывавшись, Шилка обиженно затихла.
- И как же ты выбралась?
Алихад вернул щенка в вольер и осмотрел ограждение. Подкоп нашёл быстро, повезло, что остальные не заинтересовались возможностью побега и не разбежались изучать поместье вслед за Шилкой.
Рабочие споро ликвидировали подкоп и вбили вдоль ограды дополнительные колья. Теперь, чтобы выбраться из вольера таким образом, излишне активному щенку придётся копать яму в полметра глубиной.
- Ничего, скоро плотно займутся вашим воспитанием, - произнёс Алихад, обращаясь ко всем щенкам, собравшимся смотреть на необычную людскую деятельность. - Сразу силы на всякое хулиганство пропадут. Жаль только, господин завтра уезжает в столицу, не сможет контролировать.
Шилка человеческую речь понимала. Не полностью, со всеми нюансами, только общий смысл, но и этого хватило заволноваться - её Большой-и-вкусный уезжает куда-то далеко и надолго. Не зря именно сегодня попыталась до него добраться.
На следующее утро, дождавшись, пока кормилец не заберёт пустые миски от завтрака и не уйдёт, Шилка приступила к побегу. Цепляясь лапами за планки и оставляя когтями глубокие царапины на дереве, она забралась на ограду вольера. Спуститься вниз оказалось намного легче, чем подняться. Щенок просто свалился по другую сторону, не удержавшись на узкой доске. Взвизгнув больше от неожиданности, чем от ушиба, Шилка отряхнулась и уверенно пошла вчерашней дорогой.
Конюшню она проигнорировала. Свежего запаха туда не вело, а у неё ейчас есть цель важнее знакомства с огромными лошадьми. Хозяйственный двор она пересекла быстро, держась стены, чтобы не привлечь внимание.
Не зря Шилка торопилась. На другом дворе её Большой-и-вкусный только садился в коробку на колёсах, запряжённую парой лошадей. Щенок замер, вглядываясь в мужчину. Слабый ветер относил запах в сторону, а зрение в силу возраста не позволяло хорошо разглядеть и однозначно признать - он! Тем более, что она видела этого человека всего раз и совсем близко.
Шилка уже решила подбежать ближе, но её аккуратно подхватили на руки. Увлёкшись, она не заметила подошедшего кормильца.
- Опять сбежала! - воскликнул Алихад.
Это же надо, в шаге от победы так попасться! Шилка даже заскулила от обиды.
- Нечего мне тут возмущаться, - выговаривал ей Алихад, возвращаясь в вольер. - Рано ещё гулять где ни попадя. Интересно только, как ты выбралась? Неужели, калитку плохо закрыл?
Мужчина тщательно проверил калитку и щеколду на ней. Убедившись, что точно закрыл и в заборе нет подходящих для побега дырок, Алихад ушёл, на прощание пригрозив Шилке пальцем.
Сделав вид, что снова сбегать не собирается, Шилка даже присоединилась к однопомётникам в борьбе за большой мосол. Через какое-то время, решив, что кормилец уже точно ушёл и не следит за подопечными, она вновь сбежала. Второй раз забраться на забор получилось быстрее. Даже приземление по другую сторону, на этот раз, вышло мягче.