Утром я вновь отправился в путь, но на этот раз не пешком. Из города в сторону Рима ехали перевозчики так что заплатив энную сумму серебром я уселся на свое место и стал смотреть в окно. Мимо нас проплывали маленькие деревушки, засеянные поля и работающие люди. Однако в воздухе чувствовалось что то эдакое, какой то страх. Люди были испуганы, предпочитали не смотреть по сторонам, а молча заниматься своими делами. Даже мои попутчики ничего не говорили, а просто смотрели как и я в окна. Где то через час езды нам пришлось съехать на обочину и пропустить мимо себя колонну солдат. Во главе у них был мужчина в черном балахоне с посохом в руке. Навершие посоха было в форме креста.
Понятно, а вот и первый представитель инквизиции. Видимо направляются карать очередных отступников веры. Ну и заодно пополнять казну ордена, куда же без этого.
Дождавшись пока солдаты пройдут мимо нас мы вернулись обратно на дорогу. Я заметил несколько взглядов полных ненависти, которые мои попутчики бросили в их сторону. Видимо сами жители не сильно любят своих новых представителей веры.
Где то в казематах Инквизиции.
Княжна Александра пришла в себя от болезненного тычка в живот. Открыв глаза она увидела перед собой человека в глухой черной маске. Он держал в руке короткую дубинку, а рядом на стуле уселся старец в белых одеждах. Он внимательно посмотрел на княжну и кивнул. Палач ещё раз ударил её, уже на этот раз по бедрам. Княжна еле сумела сдержать болезненный стон, эти твари не услышат от неё ни звука. Наконец то старец заговорил:
— Княжна, вы можете и дальше сопротивляться или же можете дать волю своим чувствам. В любом случае мы вас сломим. А ваш отец так или иначе сделает то что нам нужно.
И старик мерзко улыбнулся, заставив сердце княжны трепетать от злости.
Глава 17
Александра потеряла счет времени. Пытки кажется длились целую вечность. Но в итоге её оставили в покое. Измученное тело ныло от боли, порезы кровоточили. На прощание мерзкий старик обещал в скором времени вернуться. Княжне даже не хватило сил плюнуть ему в лицо. Даже ненавидеть сил не было. Она просто висела на цепях моля Рода только об одном — забрать её жизнь. Но Бог был глух к её молитвам.
До Рима я добрался буквально через день. В этом мире этот город не сильно походил на тот что был у нас, но какие то общие черты имелись с тем прошлым Римом, который я знал. Но размерами он его превосходил в несколько раз, видимо то что тут до сих пор Римская Империя сохранилась пошло городу на пользу. Я снял гостиницу на окраине города и начал продумывать свои дальнейшие шаги. Пока ехал у меня появились первые мысли о том как мне попасть в руки инквизиции. Были разные способы, но самый простой это прикинуться верующим в старых богов. Если инквизиция действовала здесь так же как и в прошлом мире то мимо меня не пройдут, в этом я был уверен. Определившись с первыми действиями я начал продумывать как это осуществить. В итоге я призвал ворона, которого мне подарил старик, и попросил того найти ближайшее место где поклоняются старым богам. Птица посмотрела на меня недоуменно, но всё-таки взлетела и отправилась на поиски. Его не было до самого вечера и я уже начал переживать, но вскоре я услышал хлопанье крыльев и увидел ворона. Он сел прямо на стол и начал чистить свои перья. Закончив с этим видимо важным для него ритуалом он наконец то соизволил обратить внимание на меня. Птиц общался со мной мыслеобразами и через какое то время я понял что он хотел мне передать. Ближайшее место где был алтарь старых богов было в несколько кварталов от меня. Но место давно не посещали судя по всему. А вот второй алтарь, который подходил мне идеально, был по сути под самым носом инквизиции. Находился алтарь в доме одного богатого купца, недалеко от главного здания инквизиции. И там как раз каждый день проходили ритуалы. В принципе никто не задавал вопросов на тему того что у купца каждый день делают гости. Собрания были вечером, около девяти часов. Теперь осталось туда попасть завтра, а ворон подкинет бумагу с анонимным доносом на гнездо демонопоклонников. Инквизиторы клюнут, это к бабке не ходи. А там уже дело будет только за мной. Спать я ложился довольным, теперь у меня по крайней мере имелся четкий план действий.