– Что?
– Олежа, это наш телевизор.
5. «Пункт третий. Хотя бы одно из окон должно быть ночью открыто».
Муж остался внизу ждать эвакуатор и полицию. Три соседские машины сильно поцарапало обломками, придётся и им ремонт оплачивать. Оставалась надежда, что страховая сможет покрыть расходы. На тротуаре собралась толпа любопытных, развлекающихся бесплатным зрелищем.
Провожая в подъезд, Олег сжал её локоть дрожащими пальцами. Сказал, чтобы ни про какого домового не смела слова ляпнуть, а то и они вдвоём следом за дочерью в психушку уедут.
«Он прав. Что мы можем объяснить полиции? В общем, пока версия вырисовывается такая: кто-то проник в квартиру, видимо, с дубликатом ключей, вынес дорогущий телевизор, но не вывез краденное, а сбросил с крыши. Будут искать злостных хулиганов и вандалов. Господи, какой бред! Когда же это закончится? Домовёнок, миленький, я всё сделаю, только не злись больше...».
Ксения поднялась в квартиру и отперла дверь. Тихо, ни шороха. Даже кошка из комнаты Инны не высунулась. Мюра почти не покидала своего укрытия, спала либо в домике, либо на подушке у хозяйки.
Ксения осторожно, на цыпочках прошла в большую комнату. Окна плотно закрыты, шторы задвинуты, все цветочные горшки на своих местах, на подоконнике чисто. Она ошеломлённо рассматривала вывороченные «с мясом» из стены крепежи, на которых ещё несколько минут назад висела их новая большая плазма. Обои вокруг дыр разорваны, на полу видна цементная крошка и пыль, но следов и отпечатков никаких.
Непостижимо! Этот телевизор два мужика поднимали и на кронштейны вешали. Будто заторможенная Ксения принесла ручной пылесос с отпаривателем и стала задумчиво убираться.
«В голове прям желе, а не мозги. Ничего не соображаю. Что делать ещё хотела? А, да! Надо мусор с балкона забрать!».
Если бы мусоропровод не был заварен, всё было бы намного проще. Ксения помыла полы, спустилась с мешком мусора вниз к контейнерам. Муж не глянул в её сторону, громко общался с соседом и с двумя полицейскими, указывая на крышу.
Она бесцельно кружила по квартире с тряпкой в одной руке и пакетом для мусора в другой. В комнате дочери тщательно сложила все подобранные листики и черновики, сложила эскизы в стопочку.
«Инна вернётся и будет довольна, что я не выбросила ничего важного из её рисунков. Инна обязательно вернётся! Очень скоро! Всё наладится!».
Дважды тоска хватала за горло ледяными склизкими пальцами, и Ксения садилась где попало, плакала, выла в голос, пока не отпускала чернота в душе.
Жалела себя, перебирая струпья прошлого: первая любовь, обман, счастье материнства, омытое слезами брошенной женщины. Только помощь мамы поддерживала Ксению с дочкой на плаву. А потом она встретила Олега. Ксения каждый день благодарила Бога за него, молилась о здоровье и благополучии. Они уж как-нибудь, лишь бы с ним всё было хорошо!
Расплата ли вот это всё за светлые и лёгкие годы, не замутнённые никакими проблемами и заботами? Больше шестнадцати лет она пряталась от жизни за спиной мужа.
Пусть не красавец, но такой уютный и домовитый. Олег удочерил Инну, и с них обеих сдувал пылинки. Среднего роста, но сильный и крепкий, он носил на руках сразу двух «своих девочек», пока дочь не вымахала выше матери. Работал, всё в дом, всё в семью, ни нарадоваться, ни намолиться на мужчину!
Мама зятя не пилила, уважала, что «не словами, а делами!». Хоть и пеняла Ксении на излишнюю покорность и безответность: «Нельзя характер в себе давить, надо иногда и стерву включать, а ты как дохлятина – на всё согласная!».
Но Ксения не знала, о чём можно поспорить с мужем, как с ним не согласиться? Он всегда всё знал и умел лучше всех, она ни в чём не разбиралась, да и не хотела, ведь любимый всё за неё решал.
Вот и этот переезд он спланировал и организовал. Жить в ближайшем Подмосковье и работать в столице – оптимально. Он много говорил о своих перспективах, о росте компании. Постоянно напоминал, что так будет больше возможностей для учёбы и работы для дочери, да и сама Ксения с мамой смогут чаще куда-то выбираться культурно провести время. Она привыкла, что он думал о них всех.
Она не заметила, как стемнело, но, очнувшись, поняла, что везде включила свет. За окнами жутко завывал ветер, видно, погода меняется. Казалось, слышно, как стонут от порывов листы железа на крыше. Комнаты окнами на две стороны дома, и от сквозняка звонко хлопала то одна дверь, то другая. В спальне ударила в стену открытая рама. Ксения увидела трещину в стеклопакете, когда прибежала на звук.