– Нет, устал, не пойду я уже никуда на ночь глядя! – рассердился он, мусоропровод в доме закрыт, жутко неохота таскаться на улицу.
– Но правила дома... – неуверенно начала Ксения. – Давай тогда я?
– Хватит! – рявкнул Олег. – Достала эта дурь! Можете сколько хотите страдать ерундой, но меня в эти дебильные игрища не втягивайте! И я вам в последний раз...
И тут в большой комнате раздался грохот! Олег бросился в зал и увидел, что рухнули пять папок с документами, которые он аккуратно расставил на новой полке над столом. А ещё на полу каталась металлическая кружка-термос, крышка отвинчена и валяется в стороне, лужа горячего чая растеклась под креслом. Невозможно, нереально, всё стояло на своих местах, удобно и надёжно. Может быть...
– Инна! – крикнул Олег и, когда дочь прибежала, встревоженная и растрёпанная, указал на беспорядок: – Твоя котяра меня достала! Когда этот бардак закончится?
– Мюра у меня в комнате спит, она этого не делала! Её тут не было! – залепетала испуганная девушка.
– Олежа, это не кошка, мы бы заметили, – стала негромко уговаривать Ксения. – Может быть, просто ты сам неудачно поставил и не обратил внимания? Я же предлагала, давай всё сделаю.
– Ты хочешь сказать, что я даже рабочее место себе обустроить не в состоянии? – Олег чувствовал, как гнев царапает изнутри, вскипая горячими пузырьками. – Я вас всех содержу и требую хотя бы порядка в доме и уважительного отношения!..
– Это Домовёнок рассердился, что оставили грязь дома, – спокойно произнесла Галина Петровна, проходя в комнату со шваброй.
Кирилловы разом вытаращились на неё.
– Бабуль, ты что, серьёзно? – Инна обхватила себя за плечи, будто бы озябла.
– А ты, внученька, лучше сходи вниз, вынеси на помойку пакет с мусором.
– Так он пустой почти! – закатила глаза Инна.
– Сказано тебе, вынеси, выброси, – невозмутимо повторила Галина Петровна, поднимая папки с документами и вытирая лужу. – Только внимательно, собери там всё, что валяется. Я упаковки видела на балконе, там коробки остались.
Ксения, сведя брови домиком, тревожно переводила беспокойный взгляд с матери на мужа, пытаясь избежать ссоры. Олег в очередной почувствовал раздражение к безропотной и безответной жене, которая ни разу не повысила голос, не позволила себе разозлиться. Единственное, что Ксения всегда была готова защищать и отстаивать – её ребёнок. Инне было полтора года, когда они поженились.
3. «Пункт первый. Утром оставить завтрак для Домовёнка»
Конечно же, она знала, что он удочерил её чуть ли не младенцем. Инна ещё в начальной школе училась, когда нашла среди книг плоскую коробку с документами, прочла свидетельства.
И спустя лет пять, в пылу какой-то мелкой ссоры – родители то ли не купили что-то, то ли запретили, то ли не пустили куда-то, не суть – Инна зло выплюнула:
– Да ты мне вообще не отец!
Увидела их окаменевшие растерянные лица и мгновенно пожалела о словах. Но просить прощения не умела и не хотела. Закрылась в комнате, грохнув дверью, и оставшийся вечер ныла, жалея себя. На другой день обнимались, плакали с матерью, а Олег пришёл и крепко обнял обеих «своих девочек». И вроде бы конфликта больше никакого, а осталась между ними эта почти невидимая трещинка, тоньше паутины, но осталась. С того вечера Инна стала звать его по имени.
Этот переезд состоялся исключительно из-за его работы. Хорошо, что хотя бы дали доучиться в старой школе, а не стали срывать в последние полгода перед выпускным. Девять классов Инна закончила на полном автопилоте, до обморочного состояния переживая из-за экзаменов. И так странно было потом ощущать это тупую пустоту внутри: «И это всё? Ради этого я не спала ночами? А что теперь?».
Спасибо бабушке. Она всегда была на стороне Инны, и согласилась продать свой участок, вложиться в покупку новой квартиры с единственным условием для родителей: ребёнка не станут тиранить немедленным поступлением «хоть куда-нибудь» и учёбой до одурения.
Галина Петровна полжизни провела «сидя на кадрах» в заводском управлении, так что хорошо разбиралась в людях. Она часто говорила Инне, что торопиться некуда, что учиться можно и нужно до самой смерти, а сейчас можно и отдохнуть.
Инна продолжала переписываться в соцсети с бывшей одноклассницей Светкой. Ту запихнули в какой-то институт учиться на «менеджера по продажам». Подружка рассказывала об одногруппниках и новых шмотках. Чему учится и зачем, Светка объяснить не могла.