— Прапорщик Иванюк, Триста Пятидесятый гвардейский парашютно-десантный полк.
— Младший сержант Такташ. Разведка Сто Семьдесят Седьмого мотострелкового полка, — в ответ козырнул я, также прокричав, чтобы тот меня слышал. Было довольно шумно.
Убедившись, что свои, двое начали носить в машину тех, кто лежал на виду, а я взял одного бойца поздоровее и с ним побежал к пещерам, вот мы там взяли ещё двоих на закорки и бегом обратно. Тот подсвечивал фонариком под ноги, а мне итак нормально. Там уже второй рейс и всё. К слову, побитых вертолётчиков штурман опознал, хоть и с трудом, их эскадрильи парни, пропали три дня назад, не вернулись с вылета. Моджахеды наших лётчиков в плен не берут, а если взяли, мучают, и стараются подольше. С тем же здоровяком мы сбегали и забрали последнюю пару, донеся до вертолёта. Выдохлись оба, ну мне чуть легче было, но всё, так что я сообщил прапорщику, что можно лететь. Мы забрались в салон, тут оказывается два медика было, что уже занимались освобождёнными, и командир борта начал поднимать машину. К слову, я попросил его высадить у нашего взвода, на что тот кивнул. Так бы не стал, но я их парней спас, а это что-то да значило. Стоял в дверях в кабину, давал курс. Пусть тому крюк в сторону сделать пришлось, но нормально, включив прожектор, аккуратно завис над полем, я выпрыгнул, и тот ревя движками полетел дальше, набирая высоту. Я же подобрал рюкзак, и побежал к развалинам башни. Мой прилёт всех поднял, шумно было, так что встретили с оружием в руках. Дальше описал что было старлею, и сходу получил приказ, выдвигаемся немедленно. Спать в этой башне невозможно, костёр не помогал, а на базе тёплые постели.