Когда через полтора часа подошли мотобронегруппы, то застали такую картину, среди побоища ходили наши бойцы, собирали оружие, в стороне, у нашей брони и авто сидели пленные, аж восемь, лежало два десятка раненых, это всё. Я против на них медикаменты тратить, но старший тут не я. Двое бойцов с ними возились. Так что увиденное изрядно впечатлило офицеров, что вели к нам помощь. Да и нужна ли она была? Бойцы, особенно недавние призывники, новички из учебок, тоже были в шоке. Особенно морально воздействовали на них остатки тел, по которым работал из крупняка. Да и тем, кто уже послужил, этот вид тоже пришёлся не по душе. Офицеры кто как. Кстати, среди офицеров рассмотрел того старлея, с которым из Душанбе шёл колонной. Мой взводный объяснил, что тот от меня хотел. Этот старлей, фамилия у него Панин, принял роту взамен пошедшего на повышение офицера. А в роте большинство — это молодняк, призывники, часть с ним прибыла, треть старослужащих разом ушли на дембель ещё осенью, да ещё наш ротный проредил их состав, взяв самых лучших. Вот тот и хотел пополнить состав роты опытным бойцом, а меня посчитали опытным, после того как я легко ту тройку духов уничтожил, что по верху нам приближалась. А полковник осерчал, потому что тот был пятым за этот день, что просил перевести меня в своё подразделение. И только трое были из нашего полка, один из разведбата нашей дивизии, и пятый так из спецуры. Наверное, стоит возгордится, но как-то не хочется. Я же читер и вполне это осознавал, да и пользовался во всю. О, взводный и о том убитом офицере рассказал, его ножом ударили, когда кинопоказ шёл. Оказалась банальная личная месть, офицер к дочке хозяина того дома бегал, красавица восточная, а та уже сговорена, вот жених её с офицером и расправился.
Когда первая группа прибыла, вторая чуть отстала, я рассмотрел среди чужой брони наш «бэтр», что в ремонте должен быть, который сержанту Догилеву отдали. Починили, значит. С ним прибыло наше отделение, что мы на базе оставили, броня, ревя движками, покрутилась по полю и встала рядом с нашими машинами. Пока парни здоровались, взводный стал докладывать командиру второго батальона, что был старшим в этой группе. Недолго докладывал, те всё поглядывали в мою сторону, как я лениво пинал одного из духов, и вскоре зашипела рация у меня на боку:
— Татарин, ко мне!
Ну, если взводный по прозвищу зовёт, то он или сильно недоволен, или зол, поэтому я рванул к нему с места, придерживая рацию и автомат. Вообще в разведвзводе я получил новый позывной, да Поэт. При этом никакого дара стихосложения, я им не владел, от слова совсем, но прижилось. По фамилии назвали, как я понял. Да тут другого ответа и нет. По фамилии тот чаще обращался, а так, когда по рации общение идёт, то уже позывной. Вот так подбежав, козырнул, и по уставу сообщил, что прибыл по его зову.
— Какого хрена творишь? — негромко спросил взводный, комбат отвернулся, сделал вид что любуется облаками. Понимающий.
— Вот, у духа изъял, — доставая из планшетки пачку фотографий, сказал я.
Тот взял и как-то стал быстро менять колер лица. То резко побледнел, то покраснел, надо бы старлею сердечко-то поберечь. А там тот дух, у которого я фотографии изъял, позировал на фоне пытаемых советских солдат. Правда, стоит добавить, что были и солдаты правительственной армии Афганистана, трое, но были.
— Как нашёл? — с хмурым видом спросил взводный, майор тоже подошёл и хмурясь не меньше, стал также просматривать фотографии.
— Увидел фотоаппарат у него, из оружия только пистолет в кобуре был, сейчас пустой. Подумал, не фотодокументалист ли? Моджахедам же нужны доказательства их войны. Проверил и нашёл. На груди под одеждой прятал. Фотоаппарат изъял, там плёнки могут быть использованы. Отдал радисту своему, тот в «бардак» убрал. Честно говоря, я бы отвёз этого духа подальше и сделал с ним тоже-самое, что с нашими парнями творили.
— Этот парень из моего батальона, пропал с поста прошлым летом, — изучая одно их фото, сказал комбат.
Всё же не дали, среди прибывших особист был, причём нашего полка, тому передали фото и духа, его мой радист охранял. Теперь знали, что искать и тщательно обыскивали все тела. Живых, раненых и убитых, тела сносили в одну кучу. Ещё несколько фотографий на подобную тематику нашли, и работали. Нас задержали тут на час, после чего прибыла колонна грузовиков правительственных войск, это они буду заниматься трупами, то ли вывезут, то ли ту похоронят, я не понял. А так формируясь в колонну, мотобронегруппа за нами, мы и вернулись на базу. Интересный выход был. Жаль тот полевой командир, кому наших девчат подарили, беден оказался. А он все деньги в покупку оружия вложил, гад такой. Причём, не все заказы успели доставить, и они не попали в мои руки. Взводный наш по рации заказал баньку, так что прибыв, помылись и спать, очень хотелось. Отбой до вечера дали. При этом не стоит думать, что мы сразу мыться и спать. А рапорты написать? А обслужить технику, вычистить оружие? Колесо и лобовое стекло починим позже. Отбитую технику передать тоже нужно. Поработали, и только тогда… Так что экипажи бронемашин последними мылись, и я с ними.