— Ты моя, — говорил он, — ты же знаешь, что ты моя, к чему бы нас ни принуждали. Ничто не сможет разлучить нас. Но пока, моя милая, тебе придётся с ним пойти. Вот подожди, настанет время, и мы над ними посмеёмся. Не будь тебя здесь и не пригрози он мне скандалом, я бы вмиг спустил этого негодяя с лестницы. Но пока лучше потерпеть.
Горько всхлипывая, девушка покорно поплелась за Доналом. Форг остался на месте, и было видно, что его трясёт от ярости. Выйдя на улицу, Донал повернулся, чтобы запереть дверь, а Эппи, улучив момент, отскочила от него и что есть мочи бросилась к чёрному ходу, чтобы снова вбежать в особняк. Но задняя дверь оказалась заперта, и Донал тут же догнал её.
— Отправляйтесь домой, Эппи, — твёрдо сказал он. — Будет даже лучше, если я с вами не пойду. Мне нужно выпустить лорда Форга и запереть дом.
— Только не трогайте его! — взмолилась Эппи.
— Я вовсе не хочу ввязываться с ним в драку и не буду его трогать, если он сам не полезет на меня с кулаками. Идите домой. Это и для вас будет лучше, и для него.
Эппи медленно побрела домой, вытирая слёзы, но изо всех сил стараясь сдерживаться. Донал подождал пару минут, вернулся к парадной двери, вошёл и, поспешив к заднему входу, вытащил из замка ключ и положил его в карман.
Вернувшись в переднюю, он встал возле лестницы, запрокинул голову и громко крикнул:
— Ваша светлость, оба ключа от дома у меня, а задняя дверь заперта. Я ухожу и хочу закрыть переднюю дверь, но не хочу запирать вас в пустом доме. Спуститесь, пожалуйста, вниз!
Форг огромными скачками слетел вниз и коршуном набросился на Донала, яростно пытаясь вырвать ключ из его руки. Пошатнувшись от внезапного нападения, Донал не удержался и упал, и Форг навалился на него сверху, пыхтя и выворачивая ему руку, пытаясь разжать кулак и вытащить из него ключ. Но Донал был намного сильнее. Немного придя в себя, он сбросил с себя обидчика и уже готов был как следует его проучить, но, вспомнив об обещании, данном Эппи, сдержался и ограничился тем, что хорошенько прижал его к полу и держал, пока тот не перестал брыкаться. Наконец Форг затих.
— Вы обещаете, что спокойно выйдете из дома, если я отпущу вас? — спросил Донал.
— Обещаю, — сквозь зубы процедил Форг. Поднявшись, он без слова подошёл к двери и вышел.
Донал запер дверь, совершенно забыв о поручении лорда Морвена и спрятанных в секретере бумагах, и вернулся к Коменам. Эппи была дома, и пока о ней можно было не беспокоиться. Она что — то делала в дальней комнате и старалась не поворачиваться к нему лицом. Перекинувшись парой слов с Эндрю, Донал попрощался и пошёл домой, всю дорогу размышляя о том, что ему следует предпринять. Рассказать обо всём графу или не стоит? Будь лорд Морвен человеком справедливым и благочестивым, Донал не колебался бы ни минуты. Но зная, что граф печётся лишь о том, чтобы предотвратить женитьбу Форга на Эппи, а до самой девушки ему нет никакого дела, он не считал себя обязанным непременно передавать ему это неприятное известие. Возможно, отец лорда Форга действительно имеет право знать о том, чем занимается его сын. Но имеет ли он право на то, чтобы узнавать такие вещи от него, Донала?
Натурам благородным подчас трудно понять, как себя вести, когда люди вокруг действуют далеко не из наилучших побуждений. Когда другие не признают высшую истину и подлинную справедливость, довольно сложно определить, в чём заключается наш долг и обязательства по отношению к этим людям. По дороге домой (а шёл он размеренно и не спеша) Донал успел решить одно: если его будут спрашивать, он честно расскажет всё, что знает, и не станет ничего скрывать. Даже если тем самым он вложит оружие в руку своего врага, оружие — это ещё не окончательная победа.
Глава 48
Отцовская месть
Как только он появился в замке, где его с нетерпением ожидали, Симмонс пришёл сообщить, что граф желает его видеть. И только тут Донал вспомнил, что так и не принёс нужные бумаги. Если бы граф не прислал за ним так спешно, он тут же побежал бы в город и выполнил его поручение.
Лорду Морвену было хуже, чем обычно. То ли последнее сочетание дьявольских снадобий дурно сказалось на его состоянии, то ли он принял их больше, чем следовало, но настроение у него было отвратительное. Донал сообщил ему, что побывал в особняке и нашёл бумаги, но не принёс их, потому что забыл.
— Ничего себе! — желчно воскликнул граф. — Так что же вы, оставили бумаги прямо на столе, где любой проходимец может их увидеть, забрать и сделать с ними чёрт знает что?