А может, у него действительно серьезные проблемы? - в который раз мелькнула мысль. Или это все-таки прихоть человека, которому на все наплевать ( «... если вопрос только в этом, то мне на все наплевать ...»)? В конце концов, Алекс не сомневался, что Герман не появится до ожидаемого срока. Прошло шесть дней после их разговора в офисе, а от него ни слуху ни духу. Сначала Алекс не воспринял этому серьезно. Абсолютно. Был немного встревожен - да, но чтобы все зашло так далеко ... К тому же он не мог понять ситуации с самого начала, потому что Герман отказался объяснять свою причудливую поведение. Даже не попытался. И это после стольких лет ...
Ни единого звонка с тех пор, неужели его не волнует, был подписан этот договор? Кто-кто, а Герман забыть о нем не мог. Невозможно. Ведь он сам несколько месяцев посвятил подготовительной работе.
А может, он обиделся? Через его Алекса, угрозу лишить Германа доли в компании? Или…
Он продолжал крутить в пальцах смятую сигарету, пока она рассыпалась, как высушенная мумия. Алекс машинально выбросил ее в помойку, вытащил из пачки новую сигарету и закурил.
Дождь монотонно барабанил по темным окном, осенний ветер слегка покачивал портьеры и доносил со двора унылый шелест листьев на деревьях. В соседней комнате спала Анжела - жена, после его возвращения домой в не самом лучшем настроении за весь вечер не сказала ему ни слова. Это было обычным явлением последние год-полтора. Когда Алекс возвращался с работы не в настроении, она пыталась раньше обычного, лечь в постель. Может, следовало подумать уже и о детях, - как-никак, они женаты уже пять лет. Пора ... только не сейчас, не то время. Немного позже.
Кстати, - подумал Алекс, снова вернувшись мыслью к Германа - может, это связано с женщиной? После той поездки в Ригу прошло достаточно времени, чтобы прийти в ... Или нет? Неужели за все эти годы у него не было ни одной бабы?
Время Алекс тупо смотрел на поверхность письменного стола, понимая, что у него постепенно вызревает план действий.
Ну что же, Алекс не звонить первым. Может, он бы это и сделал ... если бы сегодня были подписаны эти важнейшие бумаги. А теперь - нет.
Но и сидеть сложа руки тоже не будет.
С него хватит.
Глава 3
бука
... Не сдержав сдавленного крика, Маркевич начал сползать на пол, пытаясь оглянуться назад и одновременно страшась того, что могли увидеть его выпученные глаза. Но так и не пересилил себя, чтобы повернуть голову.
Того, что он успел увидеть, хватило с избытком, чтобы в венах застыла кровь. На его плечи лежало нечто, похожее на уродливый нарост, - в котором он с ужасом узнавал человеческую руку. От этой руки шел жуткий запах.
Бука ... - раскаленным шилом прокололо мозг. - Его Бука! .. Он вернулся ... Он пришел за ним ...
Маркевич сдвинулся на пол и, уткнувшись лицом в согнутые колени, тонко заскулил. В этот момент он был готов отдать даже весь смысл замурованного в кабинете сейфа, где хранил все свои валютные сбережения, - только бы не поднимать глаза, не видеть, КТО сейчас над ним стоял.
- Я ничего не сделал ... Это ... ум-милка! .. - пробормотал Маркевич, решив, что Бука пришел его наказать.
Бука только того и приходит ...
К плохим детей, чтобы наказать.
Но ...
В памяти всплыл образ молодой женщины, которая была на пятом месяце беременности. Она умерла через два дня после того, как Маркевич убедил ее, что все обойдется, если сделать аборт.
Он навсегда запомнил к деталям выражение ее лица во время операции, хотя это было очень давно. Однако тонкая струйка крови, по подбородку с прикушенного губы ...
Это не Бука из его детства. Это она ...
- Я ... не виноват! .. - Маркевич попытался отползти в сторону. - Это в-случайность! Этого не должно было ...
Гостья многозначительно молчала.
Маркевича трясло, как он держался за оголенный провод. Он уже четко понял, что не увидит следующее утро.
- Ч-что ... вы хотите ... сделать? Я ... - Маркевич скорее почувствовал, чем услышал, как она приблизилась. Оно ...
И съежился, когда услышал голос:
- ТЫ ОТКРЫВАЛ АРХИВ ...
Маркевича передернуло. При чем тут архив?!
И вдруг вспомнил молодого человека, который на днях приходил в больницу, когда он дежурил. Хотел выяснить некоторые детали, даже заплатил деньги ... И он его уронил.
Это и был тот Грех, за который он сейчас расплатится? Ведь он даже не понял, что именно интересовало визитера.
- Я не виноват! - неожиданно проблеяла Маркевич пронзительным голосом. - Он ... он заставил меня
- ТЫ мерзавец ... Добрый доктор! - прохрипело Оно, наклоняясь еще ближе.