- Где этих мудаков черти носят? – недоумевал я.
Арлин выбило из кресла еще одним мощным толчком. Я поймал ее за руку, не дав отправиться в полет по кабине.
- Господи! Они вроде сказали, что направились в главный центр управления в моторном отсеке.
Мы схватились за поручни, чувствуя резкое ускорение и стараясь не вылететь из кресел. Спустя примерно одиннадцать минут ускорение сошло на нет так же быстро, как и началось. Сэарс и Робак сожгли последние остатки топлива в тормозных двигателях. Оставшуюся часть пути корабль не сможет сопротивляться гравитации. Это были его последние минуты жизни – возможно, и наши тоже.
Атмосфера вокруг корабля сгустилась настолько, что мы буквально почувствовали, как он тормозит от трения. Носовая часть стала новым низом, кормовая – верхом. Сначала гравитация была примерно 0.2g, но быстро выросла до уровня земной, не сбавив скорости роста. Вот она стала вдвое больше земной. Втрое! Топлива в тормозных двигателях не осталось совсем, они были отключены. Гравитация в четыре раза больше земной. В четыре с половиной. Меня вжало в кресло почти четырьмя сотнями килограммов собственного веса. Затем вектор гравитации стал смещаться – близнецы поднимали нос корабля, увеличивая площадь сопротивления воздуху.
До моих ушей донесся ужасающий грохот. Корабль с большим трудом менял курс, швыряя нас из стороны в сторону. Арлин свалилась рядом со мной, но я был слишком потрясен, чтобы как-то ей помочь. Я потряс головой.
- Какого хера сейчас…
Арлин с пепельным лицом смотрела в иллюминатор.
- Господи, Флай! Корабль разваливается на части!
Она ткнула пальцем в иллюминатор. Я едва успел заметить огромный осколок корабля, кувыркающийся под нами, который в конце концов разбился на «крошечные» осколки в несколько десятков метров длиной.
Стало трудно говорить. Дышать нужно было для нормализации давления и прилива крови к голове.
Слава Богу, мы были в лежачем положении – перегрузки выросли до 6g, и, сидя, мы мгновенно потеряли бы сознание. Я прекрасно понимал, что происходит: корабль Фредов может многое выдержать, но такой полет в атмосфере ему не по зубам. Сварочные швы расходились, от корабля отлетали части, присобаченные Фредами при его сборке – возможно, прямо на орбите. Я проклинал каждый метр этого гребаного пути.
- Вперед! – заорал я, почти теряя сознание. Арлин уставилась на меня с удивлением в глазах – видимо, недостаток кислорода в крови сказывался на ее способности соображать. Я повторил:
- Вперед! Главный центр управления!
Если что и уцелеет в огненной феерии, так это самая большая и прочная часть корабля – палубы и отсеки, лучше всего приспособленные к постоянному шуму и тряске двигателей. Если не выдержит и она, шансов на спасение у нас не останется никаких.
Пока корабль преодолевал двести последних метров до земли, мы проползли целый марафон. Арлин сжималась пружиной и скользила вперед как змея. Я пытался следовать за ней в ее же стиле, но все, что я мог сделать – выгнуть спину и почувствовать отчаянные протесты позвоночника, сожалея о временах прошедшей молодости. Чудовищная гравитация тащила нас к нижним палубным плитам, словно мы обулись в ботинки с подошвой из кирпичей. Каждая каюта соединялась с другой узким проходом со стенами из резины, который можно было моментально заблокировать при разгерметизации. Резиновый рот превратился в смертоносные челюсти, которые пытались задушить нас, пока мы ползли по ним. Надо было вазелин с собой захватить. Запасов в моем рюкзаке хватило бы с головой, вот только сам рюкзак лежал в километре у меня за спиной.
После первых четырех комнат мои мышцы так устали, что я морщился от боли с каждым пройденным метром. Арлин ревела. Я почти никогда не видел, как она плачет, и никогда – как она плачет от физической боли. Меня это пугало.
Стоны разлетающегося на части корабля звучали так, будто всему миру приходит конец. Вселенная выворачивалась наизнанку. Нас окружали громкие затяжные стоны, похожие на вой горбатых китов, визги и рыдания, причитания проклятых душ в аду, что слышны сквозь скрежет их зубов. Дьявол собственной персоной, с копытами и остроконечным хвостом, резвился и хохотал, наблюдая за моими отчаянными попытками спасти свою жалкую жизнь. Или это был адский принц? Ужасная галлюцинация? Бог мой, он действительно был здесь! Я видел его красную плоть, чувствовал серный запах могилы. А потом прямо из стены выросли паровой демон и скелет. Давно не виделись, адские твари!
Я точно знал, где наше спасение – там, впереди, в главном центре управления. Когда Арлин, споткнувшись, упала на пол и решила погибнуть прямо у меня на глазах, я положил руку на ее упругие ягодицы и толкнул ее с такой силой, которой никогда в себе не чувствовал. Ее задница улетела куда-то вперед, увлекая девушку за собой.