Они не были готовы к нашему технологическому прогрессу, который не отразился на демонах. Они не были готовы встретить Корпус морпехов. Они не были готовы встретить нас с Арлин.
Мы победили, а мне дали очередное повышение. Но сейчас я готов был на свой отпуск поспорить, что мы летим навстречу собственной погибели. Неважно, насколько мы удачливы - игровые кости всегда будут выпадать не в нашу пользу. Я молился лишь о том, чтобы забрать с собой сотню-другую уродов.
Но без Арлин мои шансы были невелики, не говоря уже о желании продолжать. Земля для меня уже мертва. Много ли от нее останется, когда мы вернемся – если вообще вернемся – через триста – четыреста лет? Останутся ли США, монумент Вашингтона, Корпус морпехов? Земля «уже» превратилась в дымящиеся угольки. Уже - понятие относительное, как мы поняли. К тому времени, как мы вернемся, она будет такой уже как несколько сотен лет. Это все, что я знал.
Звезды проплывали мимо в иллюминаторе под моими ногами. На самом деле это корабль проплывал мимо них, но в мире ведь все относительно. Я следовал за Арлин, пока она пересекала корабль. Она превратила в стрельбище кормовую часть грузового отсека – семьдесят метров в высоту и около полукилометра в длину. Я был в отчаянии. Надо как-то вывести ее из этого транса. Сделать хоть что-то! Как только моя рыжеволосая малышка с нашивками младшего капрала вскинула свой М-14, я вышел из тени и встал прямо перед ней.
Придумать более глупый способ привлечь внимание невозможно, но у меня не было выбора. Она в любом случае спустила бы курок, потому как не планировала увидеть меня в перекрестье прицела. Как только Арлин поняла, что стреляет не в пустоту, она закричала – ну точно по-женски! – и дернула ствол влево.
Вспышка. Одна из пуль порвала мою форму. Я почувствовал, как комок металла прошил мою руку. Боль была адская.
- ФЛАЙ! – заорала Арлин, швырнув винтовку в сторону и подбегая ко мне.
Я упал на одно колено, схватившись за руку. Кровотечение было несильное, но я потерял равновесие от выстрела. И от осознания того, что, среагируй Арлин хоть на мгновение позже, я уже валялся бы на стальном полу, выкашливая собственную кровь.
Арлин Сандерс, уже в полном спокойствии, расстегнула мой морпеховский жилет и осторожно вытащила простреленную руку. Когда девушка увидела, что меня просто поцарапало и через пару дней я приду в норму, она дала волю своим чувствам, разразившись потоком морпеховской до мозга костей брани. Отражаясь от зубчатых стен, ее слова гремели в моей голове.
Арлин злобно схватила меня за куртку.
- Флай, ослина ты тупая! О чем ты думал, прыгая на линию огня? Даже слышать не хочу. Ты вообще не думал, вот в чем проблема!
Вспомнив про субординацию, она отпустила меня и исправилась:
- Я хотела сказать «вот в чем проблема, сержант».
Я встал, вытирая кровь с рукава.
- Арлин, ты тупее, чем я думал. Мои мотивы просты и ясны как эти звезды за окошком. Я думал о том, как же, черт возьми, привлечь наконец внимание этой девчонки, которая ходит по кораблю как зомби, и отвлечь ее от мыслей об Альберте!
- Господи, Флай, и все только из-за этого?
Я положил руку на плечо, осторожно массируя мускулы через футболку.
- Капрал, я был готов врезать тебе по башке, чтобы ты полежала пару дней без сознания, пока все эти мысли не выветрятся из твоей головы. Видит Бог, у нас достаточно времени – двести лет до мира Фредов, ну или восемь с половиной недель, с нашей точки зрения. Я был готов поставить крест на тебе как на помощнике.
Арлин потупила глаза, но я никак не унимался.
- Я не могу позволить тебе сдаться, Арлин. Эти близнецы, Сэарс и Робак, конечно умеют собирать разведданные и отпускать саркастичные комментарии, но они не умеют сражаться. Ты нужна мне, Арлин. Та, старая Арлин. Вылезай из своей депрессии, и за дело.
Девушка повернулась и отошла от меня, прислонившись к перегородке и ругаясь про себя. Она не могла ничего сказать вслух после того, как я поддержал ее желание блюсти субординацию, обращаясь к ней по званию. Правда, в Едином кодексе военной юстиции не было сказано ничего насчет того, что ей это должно нравиться.
Ей и не нравилось. Она не разговаривала со мной весь день, как и несколько дней после этого. Она сидела и дулась в освещенной фонарями каюте, которую мы прозвали столовкой с тех пор, как начали там есть. Точнее, в то время, когда мы там ели. Сэарс и Робак отсиживались в своей каюте, съежившись от ужаса перед очередной конфронтацией с Фредами, когда мы сядем на их планете. Арлин принимала пищу где угодно, только не здесь, ведь есть со мной не входило в ее обязанности. Когда я появлялся в каюте, она исчезала через другой портал, так что я ел в одиночестве. Потом, когда я возвращался к своим обязанностям (пялиться в экран и ныть, когда же произойдет хоть что-то), она снова прокрадывалась внутрь и пряталась от меня.