- О. Ну конечно.
На самом деле я понятия не имел, что она только что сказала, но понял одну важную деталь: прибор не сломан, он работает как положено. По законам физики, лучшее изображение невозможно в принципе.
Когда я увеличил изображение настолько, что смог разглядеть отдельные нити ДНК, я наконец нашел то, что искал: нашим глазами предстала целая серия сложных кольцеобразных тройных спиралей. Вне всяких сомнений, обычной человеческой ДНК это не свойственно.
У меня во рту пересохло, когда мы разглядели Новичков. Вот они где окопались. Не совсем микроскопического размера, но не больше молекулы.
Эти крошечные создания контролировали мысли и поступки надкапитана всякий раз, когда их решения не совпадали с его личными. И как, черт возьми, нам сражаться с теми, кто спокойно пролетит сквозь любую пулю, варьируя между молекулами?
Эта мысль внушала мне трепет, но я был слишком увлечен, чтобы испугаться.
13
Если заглянуть в словарь, напротив слова «ошалевший» вы найдете фотографию надкапитана Токугавиты. Такого потрясения на лице я не видел ни у кого из других шестерых членов экипажа, которых знал. Но ровно через десять секунд все его потрясение в один миг испарилось, и на смену ему пришел этот невыносимый стиль интеллектуала. Тогда до меня дошло, что Новички снова захватили над ним контроль.
В этот раз мы с Арлин были готовы, схватив его за кисти и навалившись сверху. Наш вес и импровизированные наручники лишили его возможности шевелиться. Самое время для небольшого допроса.
- Как тебя зовут? – спросил я.
Он – или, вернее сказать, они – быстро оглядел меня с головы до ног. Должно быть, крохотные организмы в его ДНК прикидывали, как много мы знаем.
- Мы – реаниматоры.
- Почему…
- Потому что мы возвращаем мертвых к жизни.
- Как много вы…
- Почти всю долговременную словесную память. Над ассоциативной памятью и фантазией контроля нет.
Я вскинул руку.
- Стоп! Дайте мне закончить вопрос, прежде чем отвечать. Так Арлин сможет следить за разговором.
- Дай знать, как договоришь.
- Я кивну. Не возражаете, если мы будем задавать вопросы, а вы – отвечать?
Молчание. Тогда я вспомнил, что надо кивнуть.
- Неважно, каким способом обмениваться информацией.
Стиль речи сильно отличался от надкапитанского. Токугавита хоть иногда использовал местоимения и подробнее объяснял суть. Я был на сто процентов уверен, что перед нами совершенно другая личность. Ну, хорошо, может, на девяносто девять процентов. Он даже внешне изменился: с лица исчезли все эмоции, ушла суетливость и обрывочность речи. Может у Новичков - Реаниматоров и были эмоции, но они выражали их настолько необычным способом, что мы просто не могли их распознать.
- Как нам вас звать?
- Реаниматоры.
Арлин фыркнула, и я без труда перевел на человеческий: еще один долбаный коллективный разум! Понятия не имею, что ее так взбесило. Однажды мы уже допрашивали Новичка. Я задал ему – им – еще пару безобидных вопросов, чтобы усыпить их бдительность, после чего внезапно сменил тему разговора:
- А почему вы не забрались в нас с Арлин?
Я кивнул, но ответа так и не последовало. Я занервничал. На лице надкапитана не появилось никаких эмоций, не изменился ритм дыхания, сердцебиения, но я понял, что задал вопрос, который расстроил и озадачил Реаниматоров. Тогда до меня дошло, почему они с таким усердием расспрашивали нас про нашу веру. Это каким-то образом мешало им нас инфицировать.
Очевидно, Арлин мыслила в том же направлении.
- Так у нас иммунитет! – воскликнула она с улыбкой победителя. – Вы не можете нами управлять, не так ли?
- В данный момент не можем ничего сказать.
Теперь, когда мы раскрыли их, Новички перестали даже пытаться маскироваться под выходца из Земного Государства Людей.
- Ну конечно не можете, - произнес я, наклонившись к самому лицу Токугавиты. – Вы умнее нас. Достаточно умны, чтобы понимать: нас враньем не убедить. Достаточно умны, чтобы понимать, насколько мы опасны. Поэтому и не хотите отвечать дальше.
Маска бесстрастия внезапно слетела с лица надкапитана. Через десять – пятнадцать секунд он снова пришел в себя, словно его мозг только что перезагрузили. Он удивленно моргнул и сказал, что не помнит ни слова из сказанного чуть ранее.
А вот наше любопытное открытие он помнил отлично. Надкапитан уселся на диагностический стол, обхватив руками колени и уронив на них голову.
- Что делать? Не хочу быть зараженным.
- Правда не хочешь? Ты можешь сделать только одно – присоединяйся к нам в борьбе против них.