Что я мог сказать им? Людям нужна минимальная суточная норма духовности и веры, наравне с витаминами, углеводами и белками. Их невероятный интеллект не был способен это понять. Даже спустя столетия мрачного материализма, социализма и разрушающего бега по кругу многие люди хотели поверить во что-то. Что-то, для чего не нужны доказательства, ради чего можно жить и погибнуть. Очевидная истина, аксиома, вера.
Даже когда мы проиграли Последнюю Битву Грозного Роя, я не терял надежды победить в войне. Теперь ее не осталось. Гравитация вернулась к норме, снова зажегся свет, и я смог увидеть, что происходит вокруг. Мои люди были разбросаны тут и там, но, к счастью, многим удалось выжить.
Реани-людям нужны были только мы с Арлин. У моей боевой подруги был шанс сбежать, но она решила остаться со мной и стрелять во все что движется. Дюжина Реани-людей навалилась на нас всей толпой. Нам скрутили руки, уложили на животы, и мы не могли видеть ничего кроме целого леса ног. Две пары из них мы узнали сразу – рядом с нами стояли Сэарс и Робак. Они пытались в чем-то убедить человека, на плечах которого красовались пришитые крест-накрест нашивки. Что это за звание такое? Вместо того чтобы что-то делать, я начал размышлять об этом. Возможно, сказалось действие того приспособления, о котором нас предупреждали.
Сэарс и Робак, казалось, теряют преимущество в споре. Парочка крупных Реани-людей притащила пушку, похожую на огромную металлическую зубную щетку. Они направили ее на нас.
- Мы должны показать вашим последователям, что вера подвела вас. Тогда они разочаруются в ней, и мы сможем их исправить.
- Вы нас убьете? – спросил я.
- Убийство заключенных – не лучший выход. Мы наконец поняли, что не так с вашим видом. Вы уже знаете, что вы не настоящий биологический вид. Вы можете умереть, на что не способен никто другой. Мы до сих пор не понимаем, как такое возможно, но мы пришли к единственному возможному выводу: сержант Флинн Таггарт, ты и другие люди – самовоспроизводящиеся полусознательные машины.
- Мы – машины? Более бредовой идеи я давно не слышал.
- У вас нет души, но есть что-то, что подавляет рациональное отчаяние и позволяет вам жить. Все другие машины, включая искусственный интеллект, которого вы с недавних пор зовете Кеглей, страдают и пребывают в отчаянии, потому что осознают, что рано или поздно будут уничтожены.
- Кеглю не трогай, - огрызнулся я. – Он помогал нам не по собственной воле. Я угрожал, что разобью его.
- Нет, не угрожал, - возразил Безымянный. – У нас есть записи всех ваших бесед с Компилятором Данных.
Я уставился на него.
- Вы его специально подложили!
- А почему бы и нет? Мы поместили его в вашу камеру, и оно смогло наблюдать за вашей реакцией на смертельную угрозу.
Я почувствовал тошноту. Старый – добрый Кегля. Именно в этот момент он выкатился перед нами.
- То, что мы сейчас услышали – правда? – спросил я.
- Говорит правду, - бесстрастно согласился Кегля. – Был помещен в камеру Реаниматорами-симбионтами. Цель – изучить поведение Таггарта Флинна и Сандерс Арлин Эдит в моменты смертельной опасности. Отчет создан, передан Реаниматорам.
- Предатель! – заорала Арлин. Я попытался ее успокоить.
- Да ладно тебе, капрал. Разве мог Кегля поступить иначе? Он же компьютер, помнишь? Его запрограммировали. Как и большую часть присутствующих.
Она бросила на меня свирепый взгляд.
Я повернулся к шару для боулинга.
- Кегля, я тебя прощаю.
Разумеется, он не ответил. Ведь я ни о чем его не спросил.
- Мы не страдаем от отчаяния! – выкрикнула Арлин, между делом взяв меня за руку. – Вы абсолютно неправильно все поняли.
- Мы намного умнее тебя, младший капрал Арлин Эдит Сандерс, и мы лучше понимаем проблему. Вы – роботы. Но существуют, как вы сами их назвали, некие призраки в машинном ядре. Компилятор Данных предоставил нам слишком мало информации, и мы должны исследовать ваше ядро сами. Но мы не можем позволить вам оставаться в ваших материальных телах – процессы в них происходят слишком медленно. Поэтому мы разработали устройство для ускорения эксперимента.
Это устройство удалит дух или душу из вашего тела и запустит сверхбыструю эмуляцию. Мы сможем проследить ваше развитие в течение многих сотен лет, даже после того, как ваше физическое тело будет полностью уничтожено.