У Сэарса и Робака по-прежнему было туго с английским, несмотря на статус официальных послов.
- Да ладно вам, ребята, - сказал я. – Расслабьтесь. Вы видите, чтобы мы с Арлин дрожали от страха? А ведь если умрем мы, то умрем навсегда!
Они что-то сказали, но слишком тихо, чтобы разобрать. Мне показалось, что-то вроде «мы бы с радостью». А может, «ну и гадость».
- Ребята, нам с Арлин нужна ваша помощь. Нам надо составить план действий, когда мы приземлимся в мире Фредов.
- Про еду не забудь, - шепнула мне на ухо Арлин.
- И нам нужно, чтобы вы показали, как нам сделать достаточно питательных кубиков, чтобы мы не померли с голоду в полете. Нам надо… ну… около двухсот семидесяти.
Сэарс и Робак быстро подсчитали в уме. Сорок пять дней, два человека, трехразовое питание.
- То есть, вы признаете, что у нас нет планов выжить после посадки!
- В точку, - согласилась Арлин.
- Хорошо, нам нужно четыреста кубиков! И будет нужно еще больше – намного, намного больше – если мы хотим выжить в мире Фредов и разобраться, как вернуться на одном из их корыт обратно домой. Вам кстати тоже надо чем-то питаться, ребята.
Две мордочки Аллей-Упа смотрели на нас, пока их длинные тонкие конечности, похожие на руки Папая, открывали дверь до конца.
- Что внутри каюты, что снаружи, без разницы – мы обречены.
- Так наслаждайтесь последними днями свободной жизни, - призвал я. – После смерти вы сможете видеть и слышать только то, что они для вас выберут. Если они вообще выберут хоть что-то.
- Да, в этом вы правы. Вы должны зайти.
Синхронно, как сиамские близнецы, они отступили от прохода, и я впервые зашел в их обиталище. Арлин последовала за мной.
Вид каюты был настолько экстравагантный, что я едва распознал, что по структуре она существенно похожа на мою. Вся мебель была свалена в огромную кучу в центре, а каждый квадратный сантиметр стен был покрыт то абстрактными работами с эффектом 3D, то прибитыми головами. Отличная идея дизайна жилища серийного убийцы – сделать внутреннее убранство отражением своей больной души.
- Что за хрень? – вопрошала Арлин, оглядывая стены. Сэарс и Робак сидели на куче мебели в центре каюты и пристально наблюдали за нами. То, что они таким образом «украсили» стены, было еще не самое странное. Признаюсь, стены моей комнаты тоже были украшены плакатами с женщинами и танками. Но Сэарс и Робак размалевали буквально каждый миллиметр стен, будто их ужас перед посадкой в мире Фредов каким-то образом превратился в страх металлического серого – цвета стен корабля. Они выяснили, как работает принтер, распечатали все, что только смогли распечатать и развесили картинки по стенам. Когда у них закончилась бумага, они принялись за бытовую технику Фредов от СтиКро. Они даже стол опрокинули и придвинули его к стене.
Потолок был цвета остывшей лавы – черный с красными просветами. И он, похоже, близнецов совсем не волновал. Мне он и самому нравился, в отличие от стен, но у всего же есть свои границы!
Я осмотрелся.
- Ты… в смысле, вы оба, - я постарался не выдавать удивления. - Хотите поговорить об этом?
- Нет, - произнесли Сэарс и Робак без тени эмоций.
Вот так все и осталось. Они никогда больше не вспоминали про свой опыт оклеивания стен, и мы так и не поняли, какого черта они там творили. Думаю, мы с Арлин узнали кое-что интересное о психологии пришельцев на тринадцатый день путешествия к земле Фредов. Понять бы только, что именно.
Близнецы без сожалений покинули свою нору и поселились в другой каюте, на этот раз не пытаясь прикрыть чем-нибудь стены. Мы стали разрабатывать сценарий для последнего акта нашей пьесы, который начнется, когда корабль коснется земли и его двери откроются.
Мы даже знали, какие именно двери откроются первыми. Сэарс и Робак изучили компьютер Фредов и хакнули его, по крайней мере частично. Информация на компьютере не была зашифрована, и близнецы визуализировали ее с помощью трехмерного проектора в комнате, которую мы называли мостиком. Тело капитана по-прежнему находилось в кресле второго пилота, без всяких признаков разложения. Однако его голова-листья перестала расти, и то, что от нее осталось, по-прежнему было раскрашено в устрашающие цвета Хэллоуина – черный и желтый. Он был таким, когда я убил его. Возможно, это признак страха и ужаса.
Мы расписали действие буквально по секундам. Мы знали точный момент, когда корабль коснется земли – на три дня раньше ожидаемого – и какие системы в каком порядке будут работать. Двери начнут открываться примерно через семьдесят пять минут после посадки. После всех проверок безопасности и отключения энергии первой откроется нижняя кормовая дверь грузового отсека. Потом у нас есть одиннадцать минут на рутину по зачистке. В течение следующих пятидесяти минут, или около того, будут задействованы остальные одиннадцать дверей и порталов, все кроме двух откроются и заработают автоматически. К нам на борт пожалует целая армия монстров.