Чемпионат России по лёгкой атлетике состоялся в Казани 17–20 июля, там были установлены рекорды Европы и России в беге на 10 000 метров на крутом замесе хорошей и чистой фармакологии: анаболики плюс ЭПО. Оставалось четыре недели до отъезда сборной в Пекин, лёгкая атлетика проводилась в последнюю неделю Игр, так что сборная неслась на полных допинговых парах. Проблема была лишь в том, кого мне согласуют засветить, ведь не могут же все оказаться чистыми, это будет подозрительно. Как в фильмах про африканских крокодилов: когда антилопы гну или зебры прыгают с обрыва в реку и плывут, то крокодилы обязательно должны кого-то схватить и утащить под воду. Мельников никого не хотел отдавать, но у меня было два твёрдых кандидата. Первый — Роман Усов из Курска, бегун на 3000 метров с препятствиями, получивший в Казани бронзовую медаль, тренировался у Владимира Мохнева — того самого, который впоследствии готовил Юлию Степанову на ЭПО, тестостероне и оксандролоне. В пробе Усова были обнаружены оксандролон и карфедон. Вторым на казнь планировался Иван Юшков, победитель в толкании ядра, у него был найден метандростенолон. Я засветил Усова — дал положительный результат на карфедон (Фенотропил), цитируя при этом великого Валерия Георгиевича Куличенко: а кто ему это разрешил? Разрешёнными стимуляторами были псевдоэфедрин и кофеин, но про карфедон мы не договаривались. Оксандролон я не стал светить специально, он был у многих, проб двадцать точно, так что привлекать внимание к оксандролону накануне Олимпийских игр не хотелось; зато карфедон был в самый раз: нельзя нарушать наши правила.
Юшкова после долгого торга решили не трогать, говорили, что он хороший и честный парень, случайно перепутал таблетки. Мы, мол, его сами в Иркутске накажем — на Олимпийские игры не поедет, останется дома. Однако меня обманули, он всё равно поехал, ничего особенного там не показал и через восемь лет попался на повторном анализе с метандростенолоном. Считается, что жухалы долго не живут, но это не так — анабольные жухалы живут очень долго! Причём многие продолжают жить и припевать, молодёжь уму-разуму учить — и нести чушь по телевизору про какой-то там чистый спорт.
Вообще, 2008 год был последним годом антидопинговой и антироссийской — что, впрочем, одно и то же — активности доктора Габриеля Долле. Самый мощный удар он нанес накануне Олимпийских игр: 31 июля было объявлено об отстранении семи ведущих российских легкоатлеток — пострадали бегуньи Елена Соболева, Татьяна Томашова, Юлия Чиженко-Фоменко, Светлана Черкасова, Ольга Егорова и ещё две метательницы: Гульфия Ханафеева (молот) и Дарья Пищальникова (диск). Несколько считаных медалей, включая пару золотых, были потеряны до начала Игр. Это был настоящий шок, хотя причина была самой банальной — подмена мочи, причём совершенно безалаберная: вместо того чтобы взять чистую мочу спортсменок из морозильной камеры, пробы за них сдавали другие люди. В основе провала лежало групповое отсутствие чувства опасности, а ещё уверенность, что так всегда было и будет продолжаться дальше. Однако лаборатория в Лозанне подтвердила многочисленные факты подмены мочи, ДНК в пробах не совпадала. Дисквалификации подверглись только девушки — в женской моче клеток эпителия, смываемого со слизистых поверхностей при мочеиспускании, в 5 или даже 10 раз больше, чем в мужской моче. Поэтому клеточное ДНК смогли определить только в женских пробах, мужчины отделались испугом.