Какой ужасный и страшный был этот 2011 год! Я забыл, как улыбаются или смеются, казалось, атрофировались мышцы лица, ответственные за положительные эмоции, радость и смех. Каждодневной радостью и просто отдушиной для меня стал мой померанцевый шпиц по кличке Врангель — дети выбрали ему такое имя; но я не удивился, ведь Джордж Оруэлл назвал свою собаку Марксом. Собак у меня побывало много, но шпиц — это невероятная собака, по уму и характеру с ней не сравнится никакая другая порода. Почему эта мелкая собака имела на меня, особенно на моё настроение, такое огромное влияние? У меня жена, дети, коллеги по работе — с ними у меня общность интересов, калейдоскопический спектр отношений и постоянных проблем. Но у нас с моим любимым Врангелем ничего такого нет вообще.
Но была какая-то узкая щель — и это полное отрицание горизонта человеческих отношений — и он через неё пронзал меня в самое нутро, вглубь, из-за чего я постоянно думал о своём шпице и беспокоился за него. Он не может себя защитить, он очень маленький, его нельзя оставлять одного, он постоянно хочет быть со мной и на виду. Я это прекрасно понимаю — и буквально иду у него на поводу! Я просто трясусь за этот комочек живой материи. Но в ответ, когда я, усталый, прихожу домой и падаю на диван — он бросает свои пищащие игрушки и пушистой и стремительной струйкой прыгает на диван, бежит по мне от ног к голове и буквально утыкается мне в нос. И, лизнув меня вглубь носа, чуть ли не до мозгов, ложится рядом, плотно, но с какой-то освежающей энергией.
Я живу в США почти девять лет и всё это время ни разу не видел Врангеля; но я горжусь, что в прежней жизни ни разу его не ударил, даже подумать об этом не мог. Бывало, мои домашние атаковали его на кухне, когда он кошкой прыгал на обеденный стол, чтобы чего-нибудь стащить; Врангель бежал от них со всех ног и прятался за мной. Я ни разу его не предал и всегда защищал, объясняя, что он прыгает на стол не потому, что голоден, просто ему очень интересно, что там лежит на тарелках и каково оно на вкус.
Любовь к животным — это Божий дар. Она от века струится в души людей, не разделяя их по вероисповеданию или обычаям. Меня с детства поразил Лермонтов одной фразой, сказанной Казбичем про своего коня Карагёза, самого родного для него существа: «Прилёг я на седло, поручил себя Аллаху и в первый раз в жизни оскорбил коня ударом плети».
А тургеневский Герасим, рабская душа, свою Муму утопил.
Не отсюда ли идут все проблемы России?
Олимпийские игры в Лондоне. 2012
11.1 Начало подготовки к Олимпийским играм в Сочи. — Обход подписки о невыезде
Новогодние 10-дневные каникулы я провёл на работе, составляя план развития Федерального государственного унитарного предприятия — ФГУП «Антидопинговый центр» — на последующие пять лет. С этого года его обязаны были иметь все предприятия, раньше такого требования не было. Я запросил у бухгалтерии таблицы и материалы, почитал, подумал, позлился, но затем почувствовал, что у меня в голове что-то выстраивается — и за пять дней написал план развития, в общей сложности тридцать страниц. Новогодние каникулы — единственное время в году, когда все отдыхают, так что можно сосредоточиться и работать, ни на что не отвлекаясь.
Вступила в силу новая версия международного стандарта для лабораторий ВАДА, и я написал официальное письмо на имя заместителей министра Павла Колобкова и Юрия Нагорных, отвечавших соответственно за подготовку к Играм в Лондоне и в Сочи. Я предупредил их, что с этого года все полученные пробы мочи должны быть введены в программу АДАМС. До этого мы направляли в АДАМС только положительные и атипические пробы, но отрицательные пробы — более 95 процентов от годового количества проб — оставались неучтёнными. И появилось ещё одно коварное новшество: теперь по требованию ВАДА или международной федерации любая проба вместе с документацией, включая распечатки результатов анализов, могла быть изъята из любой лаборатории и направлена в другую лабораторию для дополнительного или повторного анализа — или хранения в течение восьми лет.
Моим следующим делом стало составление списка приборов, оборудования, запасных и расходуемых материалов, мебели и лабораторных столов, вытяжных шкафов и холодильников, компьютеров и принтеров, растворителей, посуды, перчаток и халатов. Всё это должно быть заранее приобретено для олимпийской лаборатории в Сочи, чтобы мы могли подготовиться, пройти инспекции и проверки — и в итоге получить аккредитацию на выполнение анализов во время проведения Олимпийских и Паралимпийских игр 2014 года. Важно было ничего не забыть и не пропустить, вплоть до мыла и туалетной бумаги, ведь в Сочи мы на 12 месяцев арендуем здание лаборатории, где одни голые стены и больше ничего нет. Этим я занимался три месяца, получился список на 150 страницах, и я столько раз его переделывал, что дошёл до двадцать какой-то версии и выучил его почти наизусть. Естественно, все предыдущие версии я сохранял — редактируя любой документ, я всегда сохранял исходный файл и все последующие версии.