Фаон вложил меч в ножны, а потом снял их и протянул одному из мужчин.
–Возьми. Мне он не нужен. Если захочу, я убью вас голыми руками.
Увидев промелькнувшее в их глазах удивление, Фаон спокойно добавил:
–Не сомневайтесь. Так и будет. Хотя вы можете попытаться еще раз напасть на меня, чтобы проверить мои слова…
Даитьи проверять не захотели. Они забрали его меч и, пристроившись с двух сторон, повели Фаона на свой корабль. В кресле пилота сидел гатьянин. Он равнодушно скользнул по Фаону своими большими черными глазами и отвернулся. Мужчина понял, что видит андроида. Один из даитьий обратился к гатьянину:
–Мы возвращаемся. Этот человек полетит с нами.
Фаон вспомнил те времена, когда не знал языка даитьий, и чтобы хоть что-то понять, ему приходилось слушать мысли. Правда, с телепатией тогда тоже было не все так просто. Ему приходилось долго сосредотачиваться, а блокировать чужие эмоции и вовсе не получалось. За прошедшие пятнадцать лет Фаон довел процесс телепатического общения до автоматизма. Правда, в последнее время он пользовался своими способностями не часто. И все потому, что решил придерживаться тех же моральных принципов, что и Хранители. Особенно Комда. Фаон подозревал, что Райен частенько сам нарушал эти принципы, когда Комды не было рядом.
Даитьи посадили Фаона в кресло и стали спешно пристегивать его ремнями безопасности. Пока они с ним возились, пилот стартовал. Модуль вздрогнул, даитьи покачнулись и чуть не попадали на пол. Они торопливо уселись в свои кресла и стали пристегиваться. «Если в армии Эзили все солдаты такие, я зря иду к ней с предложением мира. Любой ополченец нашей армии сможет одолеть таких остолопов, не говоря уже о десантниках Аль Варра, для которых это вообще пара пустяков».
Модуль летел быстро и мягко. Сказывался профессионализм пилота. А Фаон продолжал рассуждать: «Все–таки талантливым существом был этот Варгинус! Как скрупулезно он подходил к процессу создания андроидов… Он умудрился наделить их качествами, присущими именно той расе, по образу которой он их делал. К сожалению это не сохранило ему жизнь. Значит, быть просто талантливым – мало. По крайней мере, для Хранителя талант – это не все. Нужно что-то большее. Что же? Что такого есть в Комде и Райене, что отличает их других Хранителей? Может быть, искренняя любовь к тем, кому они призваны помогать? Не знаю… Боюсь, мне никогда не разобраться в этом…» Модуль чуть накренился. Фаон понял, что пилот выполняет вираж, как обычно бывает перед посадкой. Не обращая внимания на даитьий, которые сидели, вцепившись руками в подлокотники своих кресел, Фаон громко сказал на космолингве:
–Открой иллюминатор. Хочу посмотреть на город. Я давно здесь не был.
Андроид не обернулся, но приказ выполнил. Темный колпак начал светлеть, пока не стал абсолютно прозрачным. Город даитьий был таким же, как в воспоминаниях Фаона. Огромным, светлым, с двумя пирамидами, стоящими друг напротив друга. Но были и отличия. Деревьев стало меньше. Теперь они росли только на окраине города. Сначала Фаон не понимал причины столь массовой вырубки, но через минуту ему стало все ясно. На центральной площади, которая располагалась возле пирамиды Единого Солнца, уродливым пятном чернело пепелище. «Оказывается, Эзили занимается жертвоприношениями не только в захваченных ею городах Лефкады. Она и у себя «дома» развлекается подобным образом. Неужели она получает удовольствие, глядя на страдания других?»
Модуль приземлился в стороне от пирамид, где-то на окраине города. Даитьи вывели Фаона из корабля. Он хотел потребовать, чтобы его отвели к королеве, но в последнюю минуту передумал. Во время полета Фаон прочитал мысли даитьий и теперь знал, что завтра в городе состоится большой праздник. Обычно правитель всегда присутствует на таких мероприятиях. Наверняка и Эзили не станет исключением. Фаон решил посмотреть на сестру со стороны.
Он хотел понять, кем она стала за годы их разлуки, поэтому позволил связать себе руки и отвести туда, где даитьи держали тех, кого им удавалось захватить в плен. Этим местом оказалась огромная деревянная клетка-сарай. Когда Фаона грубо заталкивали внутрь, он понял, что здесь, в городе даитьий ничего не изменилось. Те же женщины с крашенными светлыми волосами, те же клетки для рабов… Не хватало только Аша, чтобы картина стала полной.
Фаон нашел свободное место и сел. Проклятые даитьи все же отняли у него рюкзак. Надо было вырубить их и забрать свои вещи, но это привлекло бы к его персоне слишком много внимания, а Фаон не хотел «выпячиваться». Сидящий рядом с ним зербус робко спросил: