–Только я сам могу освободить себя от данного мною слова. Только я сам…
–Хорошо, Аль Варр. Это твое право.
Десантник опустил голову, одновременно и соглашаясь, и кланяясь Комде. Мстив, стоящий рядом с Аль Варром, деликатно отвел глаза в сторону. Комда подошла к разведчику и остановилась, ожидая, когда он посмотрит на нее. Озби видел, насколько Мстиву тяжело это сделать. Наконец, разведчик поднял глаза. Их взгляды встретились. Озби чувствовал, что Комда и Мстив не просто смотрят друг на друга, а о чем-то говорят. Разведчик побледнел и прямо на глазах осунулся. Прежде чем отойти от него, женщина тихо сказала:
–Никогда не теряй веры. Пусть даже все вокруг потеряют ее. Потеряешь веру – потеряешь меня.
Комда покинула Мстива, чтобы подойти к Глэйширу. Вместо своей обычной длинной туники сегодня жрец был в брюках, сапогах и рубашке. Короткий пехотный меч висел в ножнах у него на боку, и надо сказать, что смотрелся он там вполне гармонично. Глэйшир прошептал:
–Богиня, – и задохнулся от волнения.
Комда сказала:
–Уже несколько раз ты доказывал мне свою преданность. Нужно сделать это еще раз. Ты готов, Глэйшир?
–Готов, богиня. Мы все готовы.
Комда в последний раз окинула взглядом офицеров.
–Ну, раз все готовы, то начнем!
Она вставила цветок в волосы, развернулась и зашагала в сторону построенной для сражения армии. Озби заметил, что единственным человеком, с которым она не попрощалась, был Райен.
Глава 46
Сильный ветер гнал по плоскогорью травяные волны, но почему-то не разгонял нависшие над ним облака. Комда стояла немного впереди и почти посредине своей армии. Озби занял позицию справа от нее, а Райен – слева. Остальные офицеры стояли позади. Прямо перед ними на расстоянии ста метров располагалась армия Эзили. В центре ее находился большой шатер. У Озби было острое зрение. Он видел, как вокруг шатра снуют люди. Наконец, полог откинулся, и оттуда появилась молодая девушка. У нее были светлые волосы, локонами лежавшие на груди, высокая, украшенная камнями корона, чем-то напоминающая кокошник и длинное золотистое платье. Девушка поднялась на невысокий постамент и застыла. Озби произнес:
–Она очень похожа на Фаона.
Комда кивнула, не поворачивая головы. Её внимание было приковано к Эзили. Так, в изучении друг друга прошло несколько минут. И тут в армии даитьий послышался шум. Он нарастал, постепенно складываясь в слово: «Дааскх! Дааскх! Дааскх!».
–Что они говорят?
–Они декламируют: «Смерть! Смерть! Смерть!»
Аль Варр услышал ответ Комды и пробормотал:
–Настраиваются… Может, и нам что-нибудь покричать?
–Я знаю, что при желании больботы могут перекричать армию вдвое больше этой, но мне кажется, что с настроем у нас и так все хорошо.
Озби и Райен одновременно улыбнулись. Аль Варр нахмурился и обиженно замолчал. И тут Эзили резко вметнула вверх правую руку и крикнула «Дааскх Кхо!» Её крик был настолько мощным, что перекрыл рев толпы. Комда сказала:
–А вот это уже более серьезное заявление…
Озби спросил:
–Что она сказала?
Вместо Комды ему ответил Райен. Губы мужчины кривила усмешка.
–Это уже своего рода личное приветствие. Оно адресовано мне и Комде. Эзили прокричала: «Смерть Хранителям!» Я думаю, это сигнал к атаке.
Наверное, Комда была полностью согласна со своим сыном, потому что бросила на Аль Варра быстрый взгляд. Десантник надел шлем и отступил назад. Лефкадцы пропустили его и тут же снова сомкнули свои ряды.
Райен был прав. После крика Эзили даитьи пошли в атаку. Они толпой неслись навстречу лефкадской армии, продолжая на бегу выкрикивать ругательства. Райен поднял руку. В ту же минуту в ней появился Блюдфэст. Сегодня меч сверкал как-то по-особенному. Более хищно, что ли… Озби тоже активировал свой клинок. Только Комда осталась неподвижно стоять на месте. Женщина лишь сложила на груди руки и повыше подняла подбородок.
Даитьи почти достигли первых рядов лефкадской армии, когда Комда резко взмахнула рукой. Одновременно с этим жестом в головах у всех прозвучал ее приказ:
-Копья!
Огромный лес копий «вылетел» из ровных рядов ополченцев, мгновенно превратив армию Комды в огромного неприступного ежа. Даитьи, разгоряченные бегом и ругательствами, не успели затормозить, и с разгону врезались в ряды копьеносцев. Послышались крики и стоны. Следующий приказ Комда тоже отдала мысленно, не разжимая губ.