***
Мстив стоял на коленях возле тела Комды. Страшный, нечеловеческий рев заставил разведчика поднять лицо. От увиденного он стал заикаться.
–Ра–айен! См–мотр–ри! Чт–т–то это?
Хранитель обернулся. Неожиданно на его лице появилась улыбка.
–Это Снежный дракон, Мстив. Это – Фаон!
–Эт–того не может быть!
–Может. Мелдиан был Снежным драконом. Он передал свою силу сыну. К тому же Фаон наполовину аззка, а они умели трансформироваться.
Мстив с трудом оправился от потрясения.
–Почему же он раньше никогда не менялся?
–Может быть, не хотел. Или не мог. Я не знаю.
–А теперь почему он изменился?
–Он знает, что Комда умерла. – Райен сказал эту фразу и поспешил опустить голову. Потоки воды стекали по его лицу, и даже если мужчина в эту минуту плакал, этого нельзя было понять. Мстив сам до конца не мог поверить в произошедшее. У него в голове крутились и крутились слова, сказанные сегодня утром Комдой: «Никогда не теряй веры. Пусть даже все вокруг потеряют ее. Потеряешь веру – потеряешь меня!» Что она хотела сказать ему? О чем предупреждала?
Новый ужасный рев заставил вагкха пригнуться. Земля под ним дрожала. Райен вскочил на ноги и крикнув Мстиву: «Сиди на месте!» побежал вдоль линии фронта. Мстив отказывался понимать то, что происходит. Он слышал, как Райен кричит: «Уходите! Отступайте назад! Глэйшир! Уводи людей! Быстрее!» – И все равно ничего не понимал.
Он сидел и смотрел, как дождь падает Комде на лицо. Это было неправильно. Так не должно было быть! Разведчик наклонился над женщиной, закрывая ее своим телом от дождя, и зашептал: «Все будет хорошо, Комда. Я верю в это. Не волнуйся. Мы спасем тебя. Не всегда же тебе спасать нас…» Голос разведчика срывался. В конце концов, он не выдержал и зарыдал. Глаза женщины были открыты. Он никак не мог заставить себя закрыть их. Мстиву казалось, что как только он это сделает, Комда действительно умрет. Третий крик дракона прозвучал тише первых двух. Но именно он послужил началом всех последующих изменений. Дождь закончился. Вместо него с неба посыпался снег. Стало так холодно, что у Мстива сами по себе застучали зубы. Он подхватил Комду с земли и замер, держа ее на руках.
За то время пока он плакал, изменилась не только погода. Райен тоже стал другим. Он вырос в несколько раз и теперь был размером почти с Дракона. Его одежда стала белой, как снег, а за спиной появились огромные крылья, которые он расправил в стороны, словно хотел спрятать за ними всех находящихся позади него людей. Он был слишком далеко, поэтому в этот раз Мстиву некому было задать ставший уже привычным сегодня вопрос: «Что происходит?»
Дракон все еще стоял на своем прежнем месте. Рядом с постаментом Эзили. Он повернул в сторону Мстива свою украшенную рогами голову и с шумом втянул носом воздух. Часть лефкадцев и добрая половина даитьий от этого взгляда в ужасе попадала на землю. Дракон этого даже не заметил. Он смотрел только на Мстива. Точнее – на Комду, которую разведчик держал на руках. Его огромные изумрудные глаза были полны слез. У его ног суетились даитьи.
Мстив увидел, как один из них попытался проткнуть его лапу копьем. Дракон опустил голову, чтобы посмотреть на своего обидчика и… замер. Сначала Мстив не понимал, кого он увидел, а потом внезапно догадался – Эзили. Девушка стояла у ног дракона и, подняв лицо вверх, смотрела на него. Наверное, она не только смотрела, а что-то еще и говорила, потому что дракон недовольно затряс головой, а потом дунул.
В древних сказках драконы обычно изрыгают пламя, но из пасти этого дракона вылетел просто воздух. Мстив даже позволил себе улыбнуться. Эта улыбка так и замерла у него на губах. Он увидел, что люди, которых коснулось дыхание Снежного дракона, превратились в ледяные статуи. Эзили – в том числе. Вагкх недоумевал, почему этого не случилось с лефкадцами, пока не увидел нескольких зербусов, которые не успели вернуться на свое прежнее место. А именно: за спину Райена. Они застыли в тех позах, в каких бежали, превратившись в лед. Только теперь Мстив понял, почему Райен так спешил увести лефкадцев на их прежнее место. Понял, почему он торопил Глэйшира, почему сам, чуть не падая, бежал вперед… Хранитель хотел спасти их. И, судя по всему, ему это удалось.