–Я в это никогда не поверю. Фонтан есть, кельи есть, а храма – нет?
Озби еще раз толкнул упрямую дверь и отступил назад. Теперь он стоял в длинном коридоре. С одной стороны был ряд одинаковых арочных дверей, а с другой – ряд высоких каменных колон. Он обернулся. Женщина стояла в центре площади и внимательно разглядывала здания:
–Комда!
–Иди сюда! Может быть, вдвоем мы обнаружим храм быстрее?
Озби встал рядом с Комдой и тоже стал разглядывать дома, окружавшие площадь. Все они были похожи как близнецы. Одинаково серые, с узкими арочными окнами. Спустя пять минут Озби произнес:
–Посмотри вон туда. Мне кажется, фасад этого здания светлее остальных.
–Ты прав.
Не сговариваясь, мужчина и женщина направились к дому. Легба остался сидеть на месте. Он не понимал, почему люди ходят туда-сюда и разглядывают здания. Это ведь такое скучное занятие… Тем временем Комда и Озби оказались возле дома. Входная дверь состояла из двух полотен. Вверху над дверью в изящной каменной розетке был укреплен выкованный из металла цветок. Озби толкнул дверь. Она с легкостью распахнулась, и путешественники оказались в небольшом помещении. Свет проникал в приоткрытую дверь, но лишь для того, чтобы осветить следующую дверь, ведущую в следующее помещение. Внутри было темно и холодно. Комда зажгла маленький энергетический шарик, и достала из рюкзака фонарь. Озби тоже полез в свой рюкзак, но женщина остановила его.
–Подожди. Если это храм, то здесь должно быть освещение …
–Ага. Осталось только найти выключатель!
Озби шагнул вперед, споткнулся и сердито произнес:
–На полу камни. Если местные жители не притащили их сюда просто так, для красоты, то храм разрушен.
Маленький золотистый шарик, как светлячок, летал вокруг Комды. Ее фонарь вспыхнул, широкий луч света «уперся» в колонну. Возле нее стояла огромная тренога с металлической чашей наверху. Кованые лепестки–держатели делали чашу похожей на цветок. Комда махнула рукой, и шарик нырнул в чашу. Ее содержимое вспыхнуло, ярко осветив нижнюю часть колонны. Озби увидел, что в пяти метрах правее стоит точно такая же чаша. Комда тоже увидела ее, потому что новый энергетический шарик, размером не больше теннисного мячика, вынырнул из ее ладони и устремился к треноге. Он, как и первый, нырнул в чашу, и ее содержимое вспыхнуло. «По-моему, стало светлее», – сказала Комда и выключила фонарь.
Озби оказался прав. Храм действительно был разрушен. Больше всего досталось полу. Когда-то он был вымощен такими же каменными плитами, что и улицы города, но только большего размера. Теперь плиты были вздыблены и напоминали застывшие ледяные торосы. В тех местах, где камней не было, рос темный мох.
Комда отдала фонарь Озби и сложила ладони перед грудью, словно собраясь молиться. Мужчина знал, что за этим последует. Множество маленьких огненных шариков-светлячков выпорхнуло из ее ладоней и разлетелось по залу. Повинуясь воле своей хозяйки, они ныряли в металлические чаши, заставляя вспыхивать их содержимое. Скоро в храме стало светло.
Теперь путешественники могли видеть не только изуродованный пол, но и стены храма, украшенные великолепным резным орнаментом. Каменная резьба соседствовала с коваными цветами и оригинальными потолочными украшениями. В центре зала когда-то находилась небольшая беседка. Теперь от нее осталось лишь несколько колонн разной высоты, часть удивительной по красоте ажурной крыши и чаша. Чаша занимала центральную часть беседки. Осторожно ступая по каменным обломкам, Комда и Озби подошли к чаше. Она была выполнена в том же стиле, что и фонтан на площади. Комда опустила в нее руку и коснулась дна. На перчатке осталась ржавая пыль и труха.
–Когда-то в ней была вода. И цветы. – Комда разглядывала перчатку. – Вода вытекла, когда ваза лопнула.
Озби присел на корточки, разглядывая огромную трещину. Она шла от верхней части чаши и заканчивалась у самого пола. Мужчина коснулся трещины пальцами.
–Мне кажется, ваза лопнула не сама. Вот только…
–Что, Озби?
–Не знаю. Возможно ли такое здесь, на Лефкаде…
–Говори яснее.