–Комда! Черт! Что ты делаешь? Не нужно мне было выходить из кустов!
Женщина улыбалась, разглядывая его смущенное лицо. Потом нехотя отстранилась и сказала:
–Ладно, иди. А то тебя заждались.
Озби наклонился за рюкзаками.
–Нет. Подожди. Я хочу осмотреть рану на твоем плече. – Её палец легко коснулся шва. Озби услышал, как она прошептала: «Походил героем – и хватит». Он понял, что означают эти слова только тогда, когда рука женщины засветилась. Озби сказал:
–Все должно быть только по-твоему?
–Вчера – по-твоему. Сегодня – по-моему. Разве не это пресловутый компромисс?
Озби вздохнул, сгреб рюкзаки и скрылся в кустах. Через пять минут на поляне появились все трое. Они были в новой форме из «живой» ткани. Серебристые обручи занимали мало места в багаже, поэтому каждый из путешественников взял с собой такой костюм. Комда посмотрела на лица мужчин, размышляя, кому из них можно доверить такое важное дело, как приготовление ужина, и остановила свой выбор на Мстиве. Она быстро дала разведчику необходимые указания (тем более что ужин был уже практически готов), схватила свой рюкзак и убежала к ручью.
***
Райен опоздал к ужину. Он вернулся, когда все остальные уже пили чай, удобно устроившись вокруг костра. Мужчина уронил на землю свой рюкзак и вопросительно взглянул на Комду. В блеске языков пламени, с распущенными по плечам влажными волосами, раскрасневшаяся от жара костра, она напоминала молоденькую девчонку, а не командира отряда. Комда тут же встала, вручила свою кружку с недопитым чаем Озби и направилась к Райену. Они обменялись несколькими фразами, но так тихо, что никто из мужчин ничего не услышал. После этого Райен снова поднял с земли свой рюкзак и пошел туда, где сегодня побывали уже все – к ручью.
Через полчаса чистый, сытый и довольный он тоже пил чай вместе с остальными. Разговор сразу перешел на конкретные темы. Путешественники стали обсуждать то, что будут делать завтра. Комда говорила:
–Нужно вернуться в город. К утру жители Бродвеста должны прийти в себя. Значит, найдутся те, кто помнит, что произошло в городе примерно год назад. Я говорю о сожжении Мелдиана. Мы с Озби видели на центральной площади обгоревший жертвенный столб.
Фаон сказал:
–Нужно вернуться в подземный ход и еще раз осмотреть его.
Комда посмотрела на Райена:
–В какой подземный ход?
Тот опустил кружку.
–Мы обнаружили подземный ход, когда шли к Флажковой башне.
–Так вот почему вы опоздали на встречу!
–Ты права. Подземный ход старый, местами разрушенный. Мы так и не прошли его до конца. Но мы нашли комнату, в которой Фаон обнаружил нацарапанную на стене надпись «Комодо» и ржавое кольцо с остатком цепи. Мы решили, что там держали Мелдиана. Больше мы не успели ничего отыскать, потому что торопились на встречу с вами. Я думаю, Фаон прав. Нужно вернуться в этот туннель. Может быть, там обнаружится еще что-нибудь интересное?
–Хорошо. Тогда вы трое утром пойдете в город, а мы с Дистрайтом осмотрим подземный ход. Озби! Помнишь ту келью, в которую мы не смогли открыть дверь?
Вагкх кивнул.
–Помню.
–Загляни туда.
–Ты надеешься, что я там что-то обнаружу?
–Не знаю. Просто интуиция мне подсказывает, что там может оказаться что-то интересное.
Беседа затянулась надолго. Чай пришлось заваривать несколько раз. Когда пришло время ложиться спать, Фаон вновь вызвался дежурить. Но в этот раз Комда ему отказала, мотивируя свой отказ тем, что сегодня ее очередь охранять отряд. Палатки было решено не ставить, и путешественники, подстелив плащи, легли прямо на землю вокруг костра.
Фаону спать не хотелось. Он прикрыл глаза, чтобы не привлекать к себе внимания и стал разглядывать Комду. Женщина дождалась, когда все улягутся, расстегнула свой рюкзак и достала из него… расческу. Затем она отошла подальше от костра, туда, где сумрак ночи граничил с оранжевым светом пламени, и стала расчесывать волосы. Фаону показалось, что он видит знакомый сон. Потом он понял, что это был не сон, а старое полузабытое воспоминание. Когда-то он видел точно такую же картину. Это было в тот день, когда Комда прилетела к Мелдиану, а он ходил вокруг дома и закрывал ставни… Как же это было давно!