–В этот раз сделаем по-моему.
Мужчина перебрался через завал из битого кирпича и протянул ей руку.
–Держись и ступай осторожно.
–К чему такая опека?
–Не хочу тащить тебя на себе всю дорогу назад. А это обязательно случится, если ты не прекратишь упрямиться и не дашь мне руку.
Сегодня был странный день. Комда не понимала, что происходит. Они как будто поменялись с Фаоном местами. Теперь она вела себя как подросток, а в нем проснулась мудрость и философское отношение к жизни. С момента высадки на Лефкаду мужчина сильно изменился и продолжал меняться до сих пор. И вот сегодня, впервые за все время их знакомства, Комда почувствовала себя младше Фаона. Это было невероятно и, конечно, не соответствовало истине, но странное ощущение собственной неловкости и «детскости» не покидало ее. Комда вздохнула, покорно протянула мужчине руку и стала с его помощью перебираться через гору разбитых кирпичей.
Глава 24
Озби остановился на площади и сделал рукой жест, словно говоря: «Ну, вот, это и есть то самое место!» Райен окинул равнодушным взором пересохший фонтан, с презрением посмотрел на обугленный жертвенный столб и спросил:
–Где келья, о которой говорила Комда?
–Вон там. Крайняя с правой стороны.
Придерживая рукой подол длинной черной туники, Райен зашагал в указанном Озби направлении. Подойдя к двери, он посмотрел по сторонам, убедился, что рядом никого нет, и осторожно надавил на ручку. Дверь дрогнула и начала открываться. Райен довольно улыбнулся, и тут дверь замерла. Попытки сдвинуть ее ни к чему не привели. Озби тихо произнес:
–Мы тоже не смогли открыть ее. А потом уже сюда не вернулись. Помешал колокол.
–У Комды великолепная интуиция. Если она чувствует, что здесь может оказаться что-то интересное для нас, мы не вправе это игнорировать. Я открою дверь.
Райен поднял руку. Мстив и Озби одновременно шагнули к нему, неосознанно пытаясь спрятать Хранителя за своими спинами. Сейчас это было не трудно. Глэйшир, в которого трансформировался Райен, был мужчиной среднего роста. Рука Хранителя прочертила в воздухе идеально ровную линию, точно посередине двери. Вагкхи замерли. Они ожидали услышать шум, но было по-прежнему тихо. Райен щелкнул пальцами. Половинка двери дрогнула и стала падать. Вторую половину удержали петли. Мстив подхватил половинку двери и аккуратно поставил ее снаружи, прислонив к стене. Мужчины одновременно шагнули к образовавшемуся отверстию. Они увидели страшную и вместе с тем жалкую картину. На полу кельи лежал худой старик. Его ноги были в грубых деревянных колодках, а руки связаны за спиной.
–Это парр.
–Да. Единственный парр, которого мы встретили в Бродвесте.
–Он жив?
–Сейчас посмотрю. – Райен перешагнул порог и склонился над стариком. Его пальцы коснулись худой и грязной шеи парра.
– Жив! Только сильно изможден.
–Кто так жестоко поступил с ним?
–Не знаю. Мстив, стань в дверях. Не пускай никого. Я попробую «оживить» старика.
Райен опустился на колени и в молитвенном жесте сложил руки перед грудью. Озби понял, что сейчас произойдет. Он хотел остановить Хранителя, но побоялся неосторожным жестом или словом навредить ему. Алый огонек медленно разгорался между ладонями Райена. Когда он стал нестерпимо ярким, мужчина поднес руки к груди старика. Рубиновые капли энергии закапали на изможденное тело парра. Озби не выдержал:
–Осторожно, Райен! Ты ведь говорил мне, что лечение тебя истощает!
–Я не буду лечить его. Просто приведу в чувство.
На улице послышался шум. Райен поднял голову, посмотрел на дверь и сказал:
–Озби, посмотри, что там происходит!
Вагкх отстегнул с пояса клинок и шагнул к дверям.
На площади возле фонтана собралась группа горожан. Они что-то кричали и показывали руками на Мстива. Громче всех кричал тот самый нуфус, который не хотел пускать их в город. Рука Озби непроизвольно сжалась в кулак. Нуфус заметил этот жест и тут же юркнул за спины своих товарищей. Когда провокатор скрылся, Озби перевел взгляд на Мстива. Разведчик был абсолютно спокоен. Почти не двигая губами, он спросил:
–У Райена получилось «оживить» старика?
–Не знаю. Он отправил меня к тебе на помощь.