— Ты прикалываешься что ли? — недоверчиво вопросил Василий Семёнович.
— Ха! — усмехнулся сварщик Максим. — Я бы сам не поверил, если бы своими глазами не видел! Бля, он за пять минут все гайки отвернул, а потом как пушинку поднял эту задвижку, вытащил из колодца и с новой задвижкой спустился.
— Погоди, — поднял вперёд правую руку мастер. — Да не может быть. У двухсотой задвижки вес сто двадцать пять килограммов!
— Богом клянусь, Семеныч, так и было! — перекрестился сварщик. — Этот жлоб задвижку, как пакетик с ватой левой ладошкой придерживал, а правой гайки накручивал. Он, бля, за пять минут всё назад собрал. Я в шоке! А он такой спокойный, говорит мне: «Чего ждем? Слышал поговорку сантехников — быстро сделал дело, дальше спи смело».
— Макс, ты какие-то сказки рассказываешь, — не поверил Василий Семёнович.
— Да какие нахрен сказки?! — возмутился сварщик. — Я тебе реально говорю. Или вот в обед у нас был случай. Ты, бляха-муха, заявку дал! Бабе нужно было кусок пластиковой трубы поменять.
— Помню эту заявку, — кивнул мастер. — Вы у меня ещё материал брали.
— Вот, помнишь же! — пробормотал Максим. — А то, что кроме паяльника и материала у нас ничего с собой не было — это ты помнишь?!
— Не напоминай, — скривился Василий Семёнович.
— А я напоминаю, Семёныч, — саркастичным тоном сказал сварщик.
— И как же наш сантехник всё починил? — спросил мастер.
— Так починил, что никто не повторит, — загадочно начал сварщик. — Этот слесарь кинул взгляд на протечку, на глазок определил длину трубы, взял новую трубу и зубами откусил её, бля. Тут же паяльником её — бац и на место. Сделал идеально, отмерил сколько надо без рулетки, просто на глаз. Но ты видел бы глаза хозяйки квартиры, они были размером с блюдца. Я и сам охренел по полной.
— Ой, Максимка, ну ты и горазд врать! — насмешливо протянул мастер. — Вот слушаю тебя, так складно брешешь, что диву даюсь! Тебе книжки нужно писать фантастические.
— Бля, Семёныч, не вру я! Ей богу, не вру! Знаешь, что потом было?
— Что же? — широко улыбнулся мастер, ожидая очередную порцию забавных баек про новичка.
— Что-что! — продолжил разгоряченный Максим. — Этот шкаф хозяйке подмигнул и сказал: «Мать, принимай работу. Если всё нравится, то как бы не помешало бы смазать». Она пулей метнулась за флаконом, налила полный стакан. Андрюша махом опрокинул и мне говорит: «Будешь?». Я, естественно, отказался. Он, такой, заявляет: «Чего добру пропадать?». Весь флакон в себя винтом залил и ровной походкой, словно и не пил, пошёл дальше работать.
— А вот этого, Максимка, не надо, — строгим тоном произнес мастер. — Думаете, я вас, обормотов, не знаю? Трезвый был слесарь, нечего на него наговаривать. Думаешь, я выпившего от трезвого не отличу? У меня опыт, блин, знаешь какой?!
— Так я и говорю, — смутился Максим, — флакон выпил и трезвый!
— Так, завязывай с этим! — махнул рукой мастер.
— А еще, Семёныч, сантехник ничего не жрёт и не пьет! — продолжил сварщик. — Может он того, инопланетянин?
— Дурак, что ли? — постучал себе костяшками по лбу Василий Семёнович. — Какой инопланетянин будет слесарем работать, бля, сантехником?! Ты у Андрея хоть спрашивал, почему он не ест? Может, у него просто нет денег, а в долг попросить стесняется?
— Бля-а… — смущенно протянул сварщик. — Я что-то не подумал об этом. Он сказал, типа на диете сидит.
— Ну, вот видишь! — радостно воскликнул мастер. — Человек на диете сидит, а ты на него наговариваешь. Инопланетянин! — последнее было сказано в насмешливом тоне с сарказмом. — Просто человек спортивный, за весом своим следит, за здоровьем. Тебе бы у него поучиться, Макс!
Глава 40
Из-за лича Звягинцеву пришлось поломать голову. В итоге решено было оставить полезного в хозяйстве, но пугающего до жути мертвого колдуна вроде и при себе, но держа подальше от тела. То есть лич был «приписан» к команде дублей в доспехах Черных рыцарей.
Четверых двойников Святослав оставил охранять склад. Остальные двадцать четыре дубля в компании лича, который получил имя Ильич, отправились заниматься богоугодным делом — грабежом игроков. Любой игрок, который попадал в район патрулирования клонов, становился их законной добычей.
В группе «фуражиров» Лич выступал в качестве поддержки на самый крайний случай, что-то наподобие тяжелой артиллерии. То есть в основном мёртвый колдун не участвовал в акциях, лишь присутствовал, поскольку его заклинание разложения слишком быстро уничтожало игроков, что уменьшало количество добычи. Например, дубли получали все, что на игроке надето и еще плюс к этому выпадающий после убийства лут. А после убойного заклинания лича оставался лишь выпадающий лут.