Помимо этого Турсунбек развил бурную деятельность. Он сам нашел и заручился поддержкой ученых. Как-то вышло, что он умудрился собрать группу из трехсот ученых различных научных направлений. По спутниковому телефону он с дублем говорил намеками, из которых стало понятно, что Машарифу помогали люди из комитета государственной безопасности. Почему? Как они узнали? Личная ли это инициатива отдельных чекистов или же одобрена центральным комитетом? Об этом оставалось лишь гадать.
Чтобы ускорить процесс, Слава послал клонов на десантных штурмовиках перевозить контейнеры прямо с морского судна к гостинице. А одна летающая тарелка полетела в СССР забирать завербованных молодых людей из марсианской программы и ученых, в том числе Турсунбека. Сил и способностей клона-пилота достаточно, чтобы незаметно вывезти из института оптитроники малый круг возрождения. Так что в его задачу входило в том числе заняться этим.
Моряки контейнеровоза были изрядно удивлены, когда с неба к ним прилетела первая летающая тарелка. Дублю пришлось приложить изрядную долю усилий и задействовать все красноречие, чтобы убедить капитана судна в том, что этот груз его. Капитан не желал воевать «с инопланетянами», он искренне считал, что это банальное морское пиратство на новый лад. Но он всё же связался с грузоотправителем в Китае.
Изумление капитана было непомерным когда он получил подтверждение в стиле: «Летающая тарелка, да? Зависла над кораблем? Просят отдать груз? Кто? Товарищ Звягинцев?! Да, это его груз. Пусть забирает». Капитану не оставалось ничего, кроме как согласиться. После чего он вместе со всем экипажем огромными глазами с изумлением наблюдали за тем, как контейнеры сами собой залетают внутрь летающей тарелки. Но не это удивляло, ведь было понятно, что инопланетный космический корабль использует для подъёма луч гравитационного захвата. Поразительным было то, что один человек внутри космического корабля волоком таскал тяжелые стальные контейнеры.
Стоило улететь одному космическому кораблю, как его место заняла другая летающая тарелка и погрузка повторилась точь-в-точь как первая. Затем была еще одна тарелка, и еще, и так девять раз. Через небольшой промежуток времени процедура повторилась. И так продолжалось до тех пор, пока летающие тарелки не забрали все контейнеры.
По прилёту в город Арекипа, Звягинцев обнаружил возле своей гостиницы огромную стопку морских контейнеров и толпу людей. Всего тут собралось тысяча восемьдесят семь человек, включая Святослава, Турсунбека и пять китаянок, о которых в суете последних дней Слава позабыл.
Немного подумав, Святослав плюнул и решил оставить китайских шпионок, авось на что-то сгодятся. Чижик у парня стоит и жаждет любви не меньше, чем в период подросткового гормонального бума, а о обеспечении своего комфорта сантехник как-то не подумал. А то, что шпионить будут — плевать. По идее, когда барьер спадет, Святослав будет настолько силен, что сможет на винте крутить все китайские военные силы. Глядишь, девицы за десять лет влюбятся и удастся их перевербовать, тогда у Звягинцева появятся свои шпионы в Китае. Двойные агенты — неувядающая классика. А о стокгольмском синдроме мало кто не слышал.
Слава даже не стал толкать речь, он просто достал из пространственного кармана Костюмчика свиток и развязал ленточку. В тот же миг окружающий мир будто дрогнул и вроде бы ничего не изменилось, но люди вскинули головы к небу.
Если присмотреться, то заметно, что мир будто стал статичным: солнце застыло в положении позднего утра за три часа до полудня, еще не жарко, но уже тепло, нет ни единого порыва ветра, а воздух через полкилометра такой зыбкий, словно там установлен купол из слегка мутноватого стекла.
В толпе людей начались волнения, но при появлении из нутра летающей тарелки Ильича и двухсот дублей, все разговоры быстро сошли на нет.
Святослав встал впереди толпы. Люди обратили на него жадные взоры, в глазах каждого читалось желание получить объяснения. Звягинцев начал речь проникновенным тоном:
— Товарищи. Сегодня положено начало длительного эксперимента. Мы на десять лет отрезаны от окружающего мира в небольшой сфере радиусом один километр.