Иван застыл, его безжизненный взгляд был направлен в пустоту. Шон протянул правую руку и сжал плечо товарища, выражая молчаливую поддержку. Ваня вышел из прострации и продолжил:
— Командир сказал, что маги ксеносов удерживают портал открытым с той стороны и нам нужно уничтожить их, чтобы закрыть прорыв. Без этого даже бомбардировка со Звёздного разрушителя не помогла бы. Он доложил об этом на базу и нам поступил приказ закрыть прорыв. Мы знали, что оттуда никто не вернётся, но всё равно отправились выполнять свой долг.
— А я-то думал: «Чего это нас ещё не разнесли на кварки со Звёздного разрушителя?», — прокомментировал Шон. — Друг, если тебе тяжело, то…
— Я в норме, Шон. Просто… Понимаешь, там их были тысячи. Когда парни поняли, что мы проигрываем, они стали использовать взрыватели последнего шанса, которые с десятой грамма антиматерии. Один за другим они прорывались в толпу ксеносов и подрывали себя. Взрывами мощностью в четыре килотонны ценой своих жизней они унесли на тот свет десятки тысяч ксеносов. Это позволило нам добраться до их самого сильного мага, который удерживал портал.
Иван ненадолго прервался чтобы смочить горло пивом, после чего продолжил грустное повествование:
— Эта тварь была огромной! Метров пять в высоту. По силам примерно как Лорд магии шестого разряда, вот только спектр заклинаний у него подкачал, все примитивное на голой мощи. И что нам было делать?! Вдвоём против него мы ничто. И тут Алехандро смотрит на меня и говорит: «Я сделаю это. Отдай мне свой взрыватель и беги. Беги, сукин сын!».
Ваня вновь приложился к кружке с пенным напитком и опустошил её одним глотком.
— Твари! — бахнул он кружкой по столу. — Но Алехандро сделал этого гада! Представляешь? Всего восемь килотонн, а ксенос не выдержал. Но я побежал… Я испугался и побежал, потому что знал, что моя броня больше ста кило тротила не выдержит. Я бежал со всех ног под сотню километров в час с отказавшим экзоскелетом и в поврежденной броне. В тот момент я был благодарен за те противные зелья, которыми нас когда-то поили в учебке. Позади поднимался гриб взрыва, а впереди закрывался портал. Я еле успел в него запрыгнуть… Они мне вручили Орден Героя Империи, но я не герой. Герои все те парни, которые погибли вместо меня…
В то же время за барной стойкой в ожидании заказов терпеливо и без грамма эмоций стоял пожилой мужчина, который выглядел лет на шестьдесят. Он был одет как солидный советский официант: белая отглаженная рубашка, бордовая жилетка, черные брюки поверх которых надет такого же цвета передник. Обут в черные лакированные туфли, через согнутую левую руку перекинуто бордовое полотенце.
Волосы на голове старика были седыми, лицо покрыто морщинами, глаза блеклые бледно-серые, а кожа имела мертвенно-бледный оттенок. На лбу у него имелась татуировка.
РБЧ-2117ОП
Для любого гражданина Советской Космической Империи данная татуировка несла особый смысл. РБЧ означает, что это не простой старик, а разумный биоробот человекоподобный, созданный при помощи магии и имеющий воспоминания человека, из которого он был изготовлен. Подобные существа у привычных жителей империи не вызывали негатива, к ним относились примерно как к андроидам.
Числа тоже имели своё обозначение. Первая двойка означает то же самое, что и название, то есть это стандартная серия для человекоподобных биороботов. Вторая единица значит, что это гражданская модель, а следующая единица говорит о том, что робот предназначен для домашнего использования в кругу семьи. Последнее число и буквы «ОП» говорят о специальности биоробота — данный экземпляр специализируется на общественном питании.
Из подсобки вышла женщина с густой копной каштановых волос. Выглядела она примерно на тридцать лет. Стройная, с овальным лицом, курносым носом и серыми глазами. Одета девушка была неброско в серый брючный костюм. Её кожа была загорелой.
Девушка обратилась к старику-биороботу:
— Дедушка, как у тебя дела?
— Хорошо, внучка, но сегодня из-за дождя мало клиентов, — сухим, полным силы голосом ответил старик. — Люсиль, что в галосети пишут о погоде?
— Маги-погодники обещали на весь день затяжные дожди для полива полей, — ответила Люсиль.
— Внучка, ты иди отдыхай, — произнес старик. — Не зря же вы за моё оживление отдали аж семнадцать тысяч рублей! Мне-то, старику, что? Я совершенно не устаю. Мне только в радость помочь родне.
— Ох, дедушка, я же не могу сидеть без дела, — всплеснула руками Люсиль.
— Ну так не сиди, — сказал дед. — Слетай на Набу. Планета недавно терраформирована, там можно будет открыть ещё одно кафе. Тебе и правнукам нужно заработать денег на операцию по омоложению. Я не хочу, чтобы вы ко мне присоединялись.
— Дедушка, я ещё лет двадцать до следующего омоложения подожду, — произнесла Люсиль. — Думаю, к тому моменту заработаю двадцать тысяч на омоложение.
— Люсиль, подумай о своих детях, — произнес старик. — Их нужно на ноги поставить. Купить квартиры, чтобы они имели право после окончания учебы жить в столичном секторе. А жильё тут дорогое.
— Ну уж нет! — покачала головой Люсиль. — Я не собираюсь растить бездельников. Пусть учатся и едут по государственной разнарядке в колонию, и зарабатывают на жизнь. Слава императору, у нас по всей стране одинаково высокий уровень жизни и зарплат, если человек не бездельник. Вот если они годам к пятидесяти на омоложение не заработают, так и быть, помогу с деньгами.
— Ох, внученька, какая ты суровая, — тепло улыбнулся старик. Он кинул взгляд на электронный циферблат часов, висящих на стене слева. — Скоро стрим императора начнется. Люсиль, скорее включай головизор.
— Ах, сегодня же день рождения императора! — приглушённо воскликнула женщина, поднеся ладони ко рту.
Люсиль прикрыла глаза, вызвала меню компьютерного чипа и по астральной связи подключилась к системе управления электроникой кафе. Выбрав головизор, она включила его.
Левая торцевая стена будто исчезла. На месте неё оказался большой роскошный зал приемной императора. Паркетный узорчатый пол, белые мраморные колонны, стены из деревянных панелей, украшенные картинами. Среди этого великолепия стояло большое удобное мягкое кресло в котором в белоснежном костюме восседал император Святослав Игоревич Звягинцев.
Правитель империи выглядел молодым и сильным. Идеальная короткая прическа, на лице не единой морщины, живой взгляд. Никто не дал бы ему двести лет — максимум тридцать. Он поднялся с кресла и сделал несколько шагов вперед.
Взгляды всех посетителей кафе и обслуживающего персонала прикипели к трёхмерной картинке головизора. Казалось, что всё происходящее не трансляция, а словно сам правитель стоит в соседней комнате.
Звягинцев приблизился настолько, что в кадр попадал в полный рост, будто стоял прямо перед прозрачной стеной кафе.
На широком поясе императора справа висел знаменитый на всю империю световой меч. Слева висел символ и основной инструмент любого мага — хромированный магический жезл.
Глубокий сочный голос оператора наполнил каждый уголок помещения кафе:
— Здравствуйте, товарищи. Каких-то сто шестьдесят восемь лет назад для меня и на десять лет меньше по летоисчислению, я был простым сантехником и мечтал об одном — об избавлении мира от инопланетных захватчиков.