Она боялась поднять глаза на отражение мужчины у себя за спиной.
— Ох, Джудит, — девушка вздрогнула от голоса, — все никак не пойму: что с тобой не так.
Не вполне миролюбивое, нейтральное «Джуди», не язвительное «Джудс». Полная форма имени звучала предупреждением. Никогда, ни в чьем исполнении, кроме, разве что Габриэллы, она не сулила ничего хорошего.
Скверная ситуация.
Джуди пересилила себя и опасливо покосилась на двойника, чтобы оценить масштабы случившейся катастрофы. Он успел одеться, но грудь под незастегнутой рубашкой еще блестела от пота, а волосы торчали дыбом. И хоть он казался таким домашним и совсем родным, было сразу заметно насколько сильно он зол.
Натан поймал ее взгляд, покачал головой и щелкнул пальцами в воздухе.
По комнате прошла легкая рябь — пелена магии осыпалась осколками разбитого зеркала. Обветшалый особняк на Мэгэзин Стрит вернулся к своему прежнему, тоскливому виду. Исчезли стильный ремонт, красивые шторы и удобная, современная мебель. На каминном алькове расцвели черные пятна копоти, со стен снова свисали ошметки шелковых обоев. Под клоком проводов, на месте утраченной люстры, громоздился нелепый диван, запомнивший еще газетные статьи о войне во Вьетнаме.
Только зеркало осталось неизменным, безжалостно отражая перепуганную на смерть девушку.
— Ты же, черт возьми, выбрала синюю таблетку, синюю, Джудс, — посетовал Натан, проследив, как меняется окружающая обстановка, — ты так хотела своего ненаглядного Итана, счастье в уютном гнездышке! Вот зачем, скажи, было все портить?
— Ты не Итан, — тихо сказала Джуди.
— Конечно! — легко согласился двойник и добавил с осуждением, — но для тебя я готов был им стать.
— Да пошел ты нахер! — вспылила девушка.
Она поднялась на ноги и бегло огляделась в поисках чего-нибудь, что сгодится в качестве средства самообороны.
Джуд нервно одернула рубашку, с опозданием засмущавшись своего полураздетого вида. Бедра были влажными и липкими после того, чем они занимались. Перед тем, как она все испоганила своей потребностью докопаться до правды.
Докопалась.
— Ты меня обманул! — вырвалось у Джуди. Она, наконец, нашла то, что искала. Теперь она прикидывала, как бы ей незаметно завладеть вожделенным предметом.
— Себя тоже, в каком-то смысле.
— Закрой рот! — потребовала она, делая первый осторожный шаг в направлении камина. Она смекнула, что болтовня и предъявление двойнику обвинений, между прочим, очень даже заслуженных, отвлекут Натана от ее передвижений по комнате. — Ты воспользовался мной.
— Чего!? — искренне возмутился он, — Джудс, да о чем ты толкуешь?! Ты сама этого хотела. Поправь меня, если я ошибаюсь, но не ты ли вешалась на меня, как течная сука?
Девушка поперхнулась воздухом. А она наивно считала, что приноровилась к хамской манере общения двойника! Последним выпадом он превзошел сам себя. Все его изощренные, временами почти забавные, уколы не стояли рядом с настолько вопиющей грубостью.
Он, наверное, действительно зол — подметила Джуди. Раз снизошел до прямых оскорблений в обход привычных замысловатых формулировок. Но этого Натану оказалось мало. Потому он продолжал:
— Ты должна быть мне благодарна. Теперь есть мизерный шанс, что скудные извилины в твоей голове начнут хоть как-то функционировать, не отвлекаясь на бесконечный зуд между ног…
Она схватила кочергу, приставленную к керамической отделке камина, и взвесила ее в руке.
— Хватит! — рявкнула Джуд, демонстративно поднимая импровизированное оружие на уровень его глаз, — не утруждай себя. Я знаю, кто ты. Луиза Ришар мне все рассказала. Можешь больше не прикидываться ни Итаном, ни кем-то другим. Я больше на это не куплюсь! Я не дам тебе того, чего ты хочешь.
— Ты чертовски хороша в гневе, эриния, — умильно подметил Натан, проигнорировав добрую часть сказанного, но быстро посерьезнел. Он прищурился, и тьма в его глазах угрожающе шелохнулась.
— Надо думать, Ришар успела знатно насрать тебе в уши, — проговорил он, — она это умеет. Но будь добра объяснить, дорогая, почему ты так охотно поверила ей? Ей, а не мне.
— Потому что каждое твое слово — ложь! — выпалила Джуди.
— Я берег тебя от правды, — со вздохом признал двойник, — правда убила бы тебя.
Джуди покосилась в сторону зеркала. Ей надоело вести этот спор, она раздумывала, как действовать дальше. Конечно, у нее уже наметился очередной идиотский план, годный за неимением возможности обдумать все более тщательно.