— Ох, Джудит! — всплеснула руками Мелисса, — я же сказала тебе: я не в курсе. Не принято разглашать условия магических контрактов. Верховная была довольно скрытной, а этот… это существо тем более. Он не горел желанием распространяться о том, кто он, в чем суть их соглашения. С другими ведьмами он не взаимодействовал, везде таскался за ней. Я точно не спрашивала — до одури его боялась. До сих пор шарахаюсь от лошадей. Неизвестно куда он делся после смерти хозяйки.
Джуди подняла на нее взгляд и заметила, что бледная кожа колдуньи стала совсем прозрачной. Выходит, ей и самой не нравилось говорить об этом — Мэл все еще беспокоила дальнейшая судьба таинственного создания.
У нее, судя по всему, хватало причин, чтобы стать затворницей, запершись от мира в своей неприступной крепости. Мира, полного опасностей. И разной чертовщины.
Мелисса вдруг пылко сказала:
— Но, знаешь что? Чтобы там между ними не произошло, я его понимаю. Она была ужасной сукой и заслужила свою участь. И вообще! Все эти контракты — архаичная пошлость, идущая вразрез с понятиями о гуманности и свободе личности. Это же практически рабство! Я никогда бы на такое не подписалась. О, — она испытующе посмотрела на Джуд, — только не говори, что загорелась идеей поиграть в Сабрину и обзавестись стереотипным черным котом в прислужниках.
Джуди нервно рассмеялась, припомнив их глупый спор с Габриэллой. Теперь она сомневалась, что уродливый кот был бы меньшим злом, чем язвительный мертвый мужик. Она не имела гарантий, что ее милый питомец не обернулся бы каким-нибудь потусторонним монстром.
Элегантной женщиной с хищным красным ртом.
— Господи, нет! — искренне возмутилась Джуди, — я согласна с тобой, Мэл. Просто… мне все это в новинку. А в… кхм… сексуальные отношения колдуны и фамильяры вступают?
Язык мой — враг мой — подумала она, твердо решив зашить себе рот.
Ей было страшно, но теперь она еще и сгорала со стыда.
Итан явно вляпался в серьезные неприятности, но вместо того, чтобы состряпать план спасательной операции, она позволила ревности ослепить себя. Ревности, на которую не имела права.
— Ах, ты засранка, — прыснула Мелисса, — вот что на самом деле тебе интересно! Хочешь услышать, что он пихал в нашу Верховную свой конский хер? Да ладно, — успокоила она и с похотливой улыбкой сообщила, — я тоже об этом думала. Черт знает, может и вступают. Магическая связь с другим существом часто вызывает побочные эффекты.
Джуди уныло кивнула.
Перед ее глазами стояла полураздетая Камила. Стояла между ней и Итаном. Невозможно было не истязать себя фантазиями о мужчине в объятиях этой инфернальной красотки. Они вполне могли бы вместе зачитывать пьяные излияния Джуд, знатно потешаясь над ненавистной девчонкой. Разлегшись в постели, обнаженные и потные после…
Завязывай! — приказала она себе.
— Все может быть, — сказала Мэл, — жизнь в Ковене не назовешь веселой. Все по-своему справляются с одиночеством…
— О чем ты? — опомнилась Джуди, оторвавшись от своих мучительных раздумий.
Мелисса, как правило, не предавалась воспоминаниям о прошлом, но сегодня почему-то осмелилась нарушить собственное табу.
— Сестры приносят что-то вроде обета безбрачия, — объяснила она, — они не выходят замуж, не заводят любовников. Иметь потомство позволено только избранным, но на это нужно получить благословение Ковена, а дети не принадлежат своим матерям. Эти правила распространяются даже на Верховных ведьм. Мудрость поколений и могущество дорого нам, — она быстро поправила себя, — им обходятся.
Джуд встретилась с ней взглядом и вздрогнула: глаза Мелиссы влажно блестели, словно она вот-вот разревется. Блондинка сжала губы в нитку, зябко обняла себя за плечи и скомкала пальцами ткань на рукавах.
Она избегала этой темы не без причины — воспоминания ранили ее до сих пор.
Джуди прежде не доводилось видеть Мэл настолько обескураженной и разбитой. Она с кое-как подавила порыв обнять колдунью, вовремя догадавшись, что та не оценит вторжения в личное пространство. Но Джуд разрывало от желания хоть как-то выразить сочувствие.
— Звучит просто ужасно, — заметила она, — поэтому ты ушла? Я тебя прекрасно понимаю! Я бы тоже не выдержала.
Мелисса нахмурилась.
Джуди затаила дыхание: ей показалось, что сейчас все изменится. Или они сблизятся и оставят в прошлом свои разногласия, или Мэл проведет черту. И можно будет забыть обо всех чаяниях взрастить дружбу на месте былой неприязни.