Аля глубоко вздохнула, понемногу успокаиваясь. Это и правда звучало вполне логично. Перепуганный подросток, которого друзья подбили влезть в заброшку. Наверное, потому он и вел себя так тихо.
— Ну что, передумала экспериментировать? — Кир потер глаза. Аля решительно покачала головой.
— Нет уж, еще один такой вечерок я точно не переживу. Давай сейчас, уже без десяти двенадцать, — девушка задумчиво окинула взглядом свою серую толстовку. — Думаешь, достаточно вывернуть одежду наизнанку?
— А что еще, не перешивать же. Только ты даже не думай, — махнул на нее рукой Кир. — Экспериментировать будем на мне. Ты это все придумала, вот и будешь контролировать процесс.
— Но…
— Все, время не тратим, — закатил глаза Кир. — Я все еще надеюсь сегодня немного поспать, так что вперед, с песней. Отвернись.
— За.. Зачем? — непонимающе уточнила Аля. Парень закатил глаза, пожав плечами, и отвернулся к ней спиной, решительно стаскивая с себя скрипнувший синтетикой свитер. —…Ты бы предупредил хоть!
— Я же сказал, отвернись, — флегматично протянул он, и Аля закатила глаза, моментально отвернувшись. Правда, бросить на него взгляд она все же успела, заметив темное, плохо зажившее пятно большого кровоподтека на плече. У нее тоже были синяки, но ему явно доставалось больше.
— Говорят, это плохая примета, — Кир кислым взглядом оглядел вывернутый наизнанку свитер, который надел на себя обратно. Его и без того вечно растрепанные волосы наэлектризовались, распушившись вокруг лица. — Но допустим. И что теперь?
— Выходи на улицу, — Аля достала телефон, сверяя время. — Две минуты осталось. Я приоткрою дверь, обратно заходи задом наперед.
— Прямо с улицы?
— Я откуда знаю… Для верности давай, да. Главное, не споткнись ни обо что. А то и от двойника не избавимся, и нос тебе разобьем.
— Говорю же, не за того человека таксист переживал, — пробурчал Кир, отправляясь к двери. Аля шмыгнула следом. «Ритуал» был не то чтобы самый сложный, но на нее все равно напало волнение. Кто знает, может… После этого и правда все закончится? Будет себе спокойно жить дальше и вспоминать это с ужасом, как какой-то давний кошмар.
Тянущая, нервная струнка в глубине души наигрывала ей мысль, что все уж точно не будет так просто. Но, видимо, надежду было ничем не вытравить.
— Ну, и сколько надо ждать?
— Понятия не имею. Чувствуешь что-нибудь?
— Шея чешется от этого дурного свитера. Не буду больше надевать.
— Спасибо, что держишь в курсе. А из более… метафизических ощущений?
Кир откинулся на кушетку, накрывая лицо ладонями. Аля, сидящая рядом на табуретке, смотрела на него так, словно из него прямо сейчас должны были волной попереть темные потусторонние силы.
— Ничего я не чувствую, Аля. Голова болит. Это ж не новость, да? — он развел руками. — Не расстраивайся. Попробовать стоило, так или иначе. И вообще, может, надо просто подождать хотя бы до следующего дня. Или там, до следующей полуночи.
— Почему именно полуночи?
— Ну, во всякой оккультной шизе очень любят именно в полночь все делать. Может, тут тоже так работает. Раньше времени не спеши делать выводы, в общем.
Алевтина грустно кивнула, рассматривая свои руки и нервно заламывая пальцы. Разумеется, надо подождать. Надо. Просто страшно было ждать. Учитывая, что с ними происходило, неизвестно, чего можно так дождаться…
— Прекращай, — Кир кивнул на ее руки. — Знаешь, между прочим, это выглядит довольно подозрительно.
— Почему это?
Парень устало махнул в сторону стола, заваленного книгами.
— В этих очерках, где мы читали приметы, там же говорилось, что у двойников пальцы — слабое место. Мол, крестьяне в Залесском очень крепко пожимали руки, чтобы проверить, настоящий человек или нет, когда на них нападал очередной приступ суеверий. Автор, правда, изъясняется совершенно кошмарным языком, и я толком и не понял, что именно с пальцами не так. То ли на них следы какие-то, то ли они ломаются, то ли не пойми что еще. Сама видела, какой у него стиль письма.
— Да, — Аля прищурилась, глядя на свои руки пристальнее. В голове не в тему всплыл дурацкий рассказ с форума, про девочку Валю.
А еще бывали сны, как ее длинные тонкие пальчики с розовыми ногтями выворачиваются назад…
Живот скрутило от приступа тошноты. Зря она все-таки читала эту ерунду, ни разу больше не поддастся на Варины уговоры. Странно, конечно, что ее разволновала такая мелочь, но казалось, где-то на задворках сознания скрывается что-то еще. Что-то, что она все никак не может ухватить, на чем усталый мозг никак не может сосредоточиться. Стоило начать думать усерднее, как в висках начинало болезненно ломить.