Кир не отвечал. Он все так же сверлил ее взглядом, поднявшись на ноги, и даже отошел на пару шагов назад, словно опасался подходить ближе. Алевтина встала, чуть покачнувшись, на всякий случай осмотрела себя внимательнее, но ничего такого уж страшного на первый взгляд не нашла.
— Кир, слушай, я ничего толком не… — она виновато посмотрела на него, и тут же осеклась, подавившись собственными словами. В черных глазах парня стояли слезы, крупными капельками скатываясь по щекам.
Это словно выбило из нее дух. Она замерла, пару секунд простояв, не шевелясь и не говоря ни слова, а затем Кир шагнул вперед и обрушился на нее, как ураган.
— Ты хоть понимаешь, что творишь! Ты понимаешь, что делаешь, хоть иногда думаешь головой своей! — он кричал так, что Але казалось, она оглохнет. Раздраженно стирал ладонью собственные злые слезы и кричал так, будто сейчас ее ударит. — Я думал, ты мне доверяешь! Думал, если уж вознамеришься с жизнью попрощаться, то хотя бы соизволишь в известность поставить! А не пропадешь просто так, без слова, без прощания, будто тебя никто вокруг не волнует. Ладно я, а Варвару свою тоже решила так просто бросить? Пусть она с ума сойдет от волнения? — Аля не успевала ни вздоха вставить, не то что уж слова. Просто растерянно хлопала ресницами, не в силах даже рот открыть в свою защиту. — Или решила, что я опять что-то придумаю? Какую-нибудь историю для нее сбацаю, когда ее любимая сестра помрет? Что я, по-твоему, должен был придумать?
— Я… Не знала…
— Не знала? Ах, ты не знала, — он ядовито хмыкнул, отбрасывая волосы со лба, и Аля только сейчас заметила, как дрожат его руки. — А что знала, когда совалась туда опять? Опять одна, не предупредив, не оставив ни записки, ни сообщения? Это благо я знаю уже твою смелость дурацкую наизусть, поэтому и полез туда тебя искать, — Кир стиснул зубы, помотав головой, и его крик резко сорвался. — Да ты хоть знаешь… Как я… Нашел тебя там, а ты на этой железке лежишь, не дышишь толком, не двигаешься, вся холодная… — его голос задрожал. — Сначала не поверил. Думал, это не ты. Думал, она, в одежде твоей, думал, это какая-то очередная хрень, обманка, но нет… Узнал. Ты хоть знаешь, как я тебя оттуда тащил? По этой лестнице сраной, как куклу, как мертвое тело. Уже думал, так и останемся оба там, только я живой, а ты… Ты…
На последних словах голос его подвел, и он замолчал, отводя от нее взгляд. Але показалось, что она вся окаменела. Хотела шагнуть ближе, попросить прощения, пояснить, что все совсем не так, и что она сама не знала, как все кончится, хотела коснуться его подрагивающего плеча, сделать хоть что-то, но ее подводило и тело, и сознание.
— Это ты мне… За иголку? Отомстить хотела, — тихо хмыкнул он, нарушая тишину. — Что ж я на тебя кричу, если сам не лучше? Первый начал против правил играть. Если один раз обманул, потом чего вдруг просить доверия? Но если б я знал… Я чуть с ума не сошел там, когда тебя увидел. Думал… Думал, что все. Что опоздал.
Почему-то именно эти слова привели ее в чувство. Аля рванула вперед так резко, что одним только чудом не сбила его с ног. Обхватила двумя руками, прижалась так крепко, будто хотела отпечаток оставить, уткнулась лбом в плечо, пахнущее лекарствами и кофе, и если бы он попытался ее отстранить, ему б точно понадобилось оттаскивать ее силой.
Но он не пытался. Охнул, когда она в него влетела, замер на минутку, а затем тоже обнял, прижался щекой к волосам, и только прошептал что-то, что она не услышала. Только почувствовала, как дыхание пощекотало ей макушку, а руки на спине сжались еще крепче, словно он все никак не мог поверить, что все взаправду. Аля тоже что-то бормотала ему в плечо, извинялась, по-дурацки, как школьница, и с каждым ее словом он обнимал ее все сильнее, чуть приподнимая от пола.
Или ей казалось, что она отрывается от земли?
— Я сама не знала, — когда они оторвались друг от друга, наконец позволив себе тяжело и шумно выдохнуть, Аля горько покачала головой. — Не знала, Кир, клянусь. Я думала… Я не за тем туда шла. Я…
— Я видел нож. В земле, — быстро перебил ее парень. Он и здесь приходил ей на выручку, позволяя девушке не произносить эти страшные слова вслух. — Сначала не понял, а потом… Оно как-то само до меня дошло.
— Но я не смогла. Я ей обещала, что все решу, но не смогла. Где она теперь? — тепло его тела отхлынуло от нее, и вновь накатила болезненная тоска. — Я же… Она так страдала. Так на меня надеялась. А я…