Тоже мне «брат»!
– Я только недавно стала заниматься искусством боя с холодным оружием, поэтому не смогла остановиться.
– То есть ты признаешь свою вину?! – обрадовался орк.
– Я признаю, что принц Дорт напал на меня и я защищалась. Это был несчастный случай.
Правители ненадолго зависли.
– А не была ли твоя защита агрессивной, потому что ты боялась обнародования интересных фактов относительно вашего с принцем Дортом знакомства? – хищно спросил Элдон.
А вот это мне уже совсем не нравилось, но и строить из себя дурочку я не собиралась.
– Нет! Наши взаимоотношения никоим образом не касаются данного дела, – вспомнила я, что говорят в таких случаях в наших телевизионных судебных передачах.
– Да что ты! – наигранно изумился правитель орков. – Ты считаешь, что обнародование твоих интимных похождений не скажется на твоем заключении брака с наследником демонов?
Сигвальд нахмурился и недоверчиво посмотрел на меня.
Черт! Вот знала я, что ничем хорошим мой приказ о лучшей ночи в жизни орка для меня не обернется! Хорошо, Ригу известно, что это последствия магии разума. Я уставилась на Элдона.
– Нет, не скажется, потому что никаких интимных похождений с вашим братом у меня не было.
Глаза орка стали наливаться кровью.
– Ты лжешь! Мой брат говорил, что с одной из горничных он провел лучшую ночь в своей жизни. А служанка под пытками призналась, что этой самой горничной была ты!
Сволочь! Он пытал Руту!
– Я смотрю, пытать людей – это у вас семейная болезнь, – спокойно ответила я, а у самой сердце яростно билось о грудную клетку. Я очень беспокоилась о доброй девушке, которая мне так помогла, но показывать свои истинные чувства было нельзя. Мне сейчас очень пригодились навыки актерского мастерства. – Я не верю вашему слову и требую представить Совету доказательства! – Я вывернула обвинение орка таким образом, чтобы он предъявил живую Руту.
Орк прищурился и, взмахнув рукой, перенес Руту. Она была в ужасном состоянии. Мое сердце дрогнуло, но я не показала вида. Браслет на ноге стал нагреваться. Это еще что?
На лицах правителей застыло отвращение к Элдону – все-таки этот мерзавец переборщил с пытками.
– Ты! – обратился орк к Руте, которая вздрогнула от его голоса. – Посмотри на подсудимую. Эта девушка была горничной принца Дорта?
Рута подняла на меня несчастные глаза и покачнулась от слабости. Она узнала меня, но тихим голосом сказала:
– Нет…
– Что ты там шепчешь?! – разъярился Элдон.
Браслет стал жечь ногу сильнее, но я продолжала спокойно стоять. Еще не время!
– Нет, эту девушку я вижу впервые.
– Да я тебя…
– Остановитесь, Элдон! – громко сказал Сигвальд, махнув рукой.
Появился Риг, который был настроен очень воинственно.
– Ригвальд, проводи эту мисс к целителям.
Моему демону не понравился такой расклад, он не хотел оставлять меня наедине с правителями.
– Пожалуйста! – надавил на него дядя.
Нахмурившись, принц демонов подошел к Руте и испарился с ней в портале.
– Вы не имели права забирать свидетеля, – зло проговорил правитель орков.
– Это вы не имеете права пытать свидетелей, – твердо произнесла Келебриан. – Вы могли дать ей зелье правды. Зачем было мучить девушку? Это против законов Хильд!
Так вот почему браслет злился… Я типа камеры слежения для богини. Зашибись!
– Не вам судить о моих поступках. На это имеет право лишь высший правитель, которого мы не наблюдаем более двадцати лет, – продолжал плеваться ядом Элдон.
– Мы собрались не за тем, чтобы обсуждать нашу власть и ее возможности, – заговорила Адель, которая мстительно смотрела на меня. – Мы здесь, чтобы наказать одного зарвавшегося феникса! – Она покосилась на Сигвальда.
О, как! Я начинала догадываться о причине ее ненависти к фениксам.
– Да, – подал наконец голос правитель ледяных драконов Визериус Ван Милировир. – Ольга, даже если будет доказана вина Дорта в перевороте власти в Родоне и нападении на маленького принца, ты все равно не имела права лишать его жизни.
Браслет опять обжег меня так, что даже слезы на глаза навернулись.
– Имела!
Правители ахнули, а Элдон, довольный, откинулся на троне, как будто я признала свою вину.
– Я принадлежу к Рисским змеям и имею право наказывать нарушителя законов Хильд!
От такого заявления побледнела даже Адель.
– Но… но разве… – она стала нервно переглядываться с правителями.
– Этого не может быть, – выдохнул Василевс.
– Змеи могут наказывать представителей рас, но не правителей, – подал голос мой «кузен».
– Правители – слуги народа, который может сильно пострадать из-за недобросовестного выполнения своих обязанностей этого самого хозяина, – вырвалось у меня.