Деймон дышал через респиратор, потому что у него возникло осложнение, которое одни специалисты считали вирусной пневмонией, другие застойным явлением, а третьи коллапсом легких. Деймон отрешенно следил за своим состоянием и за попытками врачей что-то сделать. В один из редких визитов доктора Рогарта он начертал печатными буквами вопрос: «Я умру?»
— Все умрем, — ответил доктор Рогарт.
Деймон, чтобы не видеть этого отвратительного типа, попытался презрительно отвернуться, но у него и на это не хватило сил.
Деймону стало казаться, что в своре врачей имеется один, которому поручено терзать его жаждой. У него были светлые, неопрятные вислые усы, такие же светлые длинные волосы и безумный, хитрый взгляд. Усатый бегал по палате, полы распахнутого халата развевались за его спиной. Он олицетворял некий мистический план, связанный каким-то образом с персидским ковром. Доктор заставлял Деймона принимать позы, соответствующие рисункам на ковре, и в этих позах фотографировал. Иногда Деймон стоял в песках, на фоне закрывающих полнеба монументов или бесконечных рядов гробниц, залитых светом безжалостно палящего солнца. Иногда он висел на голых ветвях дерева, стоящего на островке в центре озера, от поверхности которого лучи солнца отражались ярким пламенем. Деймона перемещали с одного места на другое как по волшебству за доли секунды, а доктор, он же Маг, бегал вокруг него, щелкая затвором фотоаппарата и напевая какую-то веселенькую мелодию. Доктора сопровождала медсестра с морщинистой, усохшей физиономией и в крайне неопрятном халате.
Деймону каким-то образом удалось установить с Магом контакт, и тот охотно вступал в беседу — очень часто вполне дружелюбную.
— Скажите, что вы затеяли? — однажды спросил Деймон.
— Увидите, когда все закончится, — ответил Маг. — Вообще-то я участвую в конкурсе. Один туристический журнал обещает приз за фотомонтаж, максимально соответствующий рисунку на моем ковре. А вам, впрочем, как и всем остальным, надо прекратить нытье насчет воды.
Это был первый намек на то, что во власти Мага есть и другие люди.
— Все перестанут жаловаться, если вы им хоть раз позволите выпить столько, сколько они пожелают.
— Ну хорошо, — рассмеялся Маг. — Я разрешу всем пить с десяти утра до полудня. Однако — я прошу вас запомнить мои слова — к двум часам дня они опять начнут выть, выклянчивая воду.
Он отвязал Деймона от дерева и рассмеялся, увидев, как тот, бросившись к озеру, погрузил лицо в прохладную глубину.
Когда в два часа пополудни Маг снова привязал его к дереву, Деймон испытывал такую жажду, какой раньше ему испытывать не приходилось. Отовсюду до него доносились стенания: «Воды… Воды…» Несмотря на эти стоны, Деймон слышал, как смеется Маг.
Вдруг, сам не зная почему, Деймон стал отличать день от ночи. Теперь по ночам он находился на нижней палубе корабля, в это время его никто не пытался ослепить ярким светом. Ночная дежурная, а он уже кое-кого начал узнавать, была красивой, изящной, загорелой женщиной с восхитительным тихим голосом. В то время, когда эта молодая женщина дежурила у ложа Деймона, ее навещал один из молодых врачей — могучий парень с бычьей шеей. Он все время шутил по поводу ее загара.
— Когда ты приляжешь на солнышке в следующий раз, мне хотелось бы прилечь рядом, — говорил, сопровождая слова хриплым смехом, этот бык.
Допускал он и другие сильные замечания в адрес прелестной женщины. Сальные слова в присутствии столь тонкого и деликатного создания, думал с отвращением Деймон. Но одной из ночей его сердце было разбито. Бычья шея в очередной раз проскользнула в его палату и что-то прошептала на ухо дежурной. Воздушное создание склонилось над Деймоном и негромко сказало: «Я удалюсь на несколько минут».
Деймон знал, что дежурная уходит для того, чтобы забраться с похотливым врачом в пустующую постель такого же, как и он, Деймон, бедолаги.
Через некоторое время он оказался как раз с этим доктором в открытой моторной лодке, скользящей по озеру по направлению к острову.
— Я знаю, для чего вы везете меня на остров, — сказал Деймон.
— Ну и для чего же? — спросил врач.
— Вы хотите меня убить.
Разъяренный доктор извлек из кармана сверкающий металлический предмет и полоснул им Деймона. Боль от удара оказалась невыносимой, но через мгновение она исчезла.