Оксана стояла в окружении парней и девушек с яркими волосами, встречались все цвета радуги, кроме фиолетового.
— Это кто? — шепотом спросил Корин.
— Поклонники японской культуры, — немного подумав, ответила Вероника.
— Кхм, ладно.
Они подошли к группе, внезапно оказавшись там самыми высокими. Саша мог без труда смотреть комикс, нарисованный на ватманах. Его глаза скользили по нарисованным фигуркам, лицо выражало сдержанное удивление.
— О, за тобой приехал жених? Ня, как романтично!
— Откуда вы меня знаете?
Оксана невольно посмотрела куда-то влево. Вероника проследила за ее взглядом и ахнула. Справа от комикса появилась еще одна инсталляция под названием «История одной тянки». Там висел портрет Корина с подписью «Саша-кун», слева, на том же уровне, набросок Эллы с подписью «подруга-предательница», а чуть ниже, между ними двумя, прикрепили изображение Вероники. Она сидела, обхватив колени руками, грустно глядя в пустоту.
— Это ты нарисовала?
— Верхние две.
— Вот это да. Не ожидал.
— Я тоже, — призналась Вероника, опуская глаза.
Она обнялась с Оксаной, долго прощаясь. Вспомнили, что обменялись только номерами телефонов, решили, что так дело не пойдет, и торжественно подписались друг на друга в Инстаграме.
— Одеяло я оставлю. Сдавай гостям или пользуйся сама, если будет холодно. За коммуналку я заплачу.
Вероника замялась, не зная, что говорить. Косуху она уже вернула Диме. За гостеприимство поблагодарила раз сто, за уроки рисования тоже. Что еще сказать? И тут Саша попросил посмотреть комнату.
— Хочу увидеть, как ты жила.
— У нас не прибрано, — вдруг смутилась Оксана.
Корин только рукой махнул.
— Тем лучше.
Хозяйка пожала плечами и согласилась.
Глава 38
Вероника с Сашей поднялись на следующий этаж. Все то же самое — длинный коридор, исписанные граффити стены, ряд дверей, ведущих в комнаты.
— Это, что, коммуналка?
Она пожала плечами.
— Как ты здесь жила?
— А я и не жила. Я рисовала.
Корин остановился на половине дороги, несколько секунд внимательно разглядывал ее лицо, потом выдал:
— Лучше уж рассказывай о финансах в Инстаграме.
Она рассмеялась.
— Договорились?
— Пожалуй, да. Ты все еще хочешь увидеть нашу с Оксаной комнату?
Он кивнул.
— Тогда нам сюда.
Они толкнули дверь с неведомым существом фиолетового цвета и вошли в узкое помещение. На полу лежали два резиновых коврика зеленого цвета, одеяла они убрали в стенной шкаф. На полу была разбросана бумага, как чистая, так и с неудачными набросками.
— Вот здесь я спала, — она кивнула на коврик рядом с фиолетовой зверюшкой на стене.
— А это что? — кивнул на непонятное существо на стене Саша.
— Не знаю. Но ее зовут Милли.
— Ясно, — он внимательно осматривал комнату. — А где использованные презервативы и пустые бутылки?
Она пожала плечами.
— В будущем. Наверняка появятся после выставки.
— Наверняка.
Саша подошел вплотную. Каким-то чудом умудрившись не наступить ни на один листок. Глядя Нике в глаза, он положил тяжелые руки ей на плечи и спросил:
— То есть ты правда жила в одной комнате с девчонкой? Вы целыми днями рисовали, так?
— Не только мы. Весь этаж готовился.
— Почему именно у нее?
— Сблизило похожее горе — ее парень бросил.
— Вот как?
— Да. Нашел себе местную девушку с пропиской и квартирой.
Он презрительно фыркнул.
— Послушай, Саш, если бы я хотела изменить тебе в отместку, я подцепила бы кого-нибудь в клубе. Там выбор богаче.
— Да уж.
— Кстати, некоторые здешние парни геи.
— Я заметил. А что насчет Димы?
Ника сбросила его руки.
— Я не Элла, — зло сказала она. — Не мучу с парнями своих подруг.
— Они расстались.
— Сегодня расстались, завтра сошлись, — Ника осторожно обошла рисунки и вскарабкалась на подоконник. — Кто попал в гарем Лизы, никогда не станет свободным.
Корин расхохотался.
— Занятные у тебя подруги.
— Все? — болтая ногами спросила Ника. — Допрос окончен?
— Прости меня. Я по дороге сюда такого напридумывал.
— Расскажи, — попросила Вероника, — вдруг появится интересная идея.
Корин расхохотался и одним хищным движением оказался рядом.
Глава 39
Домой они с Сашей ехали на заднем сидении его машины. Вероника, прикрыв глаза, наслаждалась поездкой, комфортным сидением, объятиями Корина, запахом его туалетной воды. Особенно запахом, в сквоте пахло красками, ни от кого там не пахло духами.