Если Император вступал в Долину Трагической Смерти в конце своей жизни, тогда это было бы понятно, но Божественный Туман явно прибыл сюда на пике своей силе. Зачем ему было рисковать?
«Из-за… вражды!»
Божественный Туман сказал эти слова, а затем замолчал, явно не желая ничего добавлять. Линь Мин, проявив такт не спрашивал его о большем.
Одно слово - вражда. Возможно, жизнь Божественного Тумана не была такой яркой и прославленной, как предполагали другие.
«Мисс Цзи, давай вернемся назад и посмотрим, сможем ли мы понять, что за ситуация у входа», - обратился Линь Мин к Сяо Мосянь.
Сяо Мосянь улыбнулась в ответ, бесконечно очаровательной улыбкой. «Ты совсем глупый, чего называешь меня Мисс Цзи. Перестань быть настолько вежливым, можешь просто называть меня Сянь’эр».
«Мм… ну, ладно… тогда, давай вернемся и посмотрим».
Линь Мин хорошо знал, что после входа в Долину Трагической Смерти уйти через вход не было возможности. Если бы такая возможность была, то все предыдущие люди, которые пришли сюда, обнаружили бы этот выход. Люди никогда не стали бы просто ждать здесь своей смерти. Несмотря на это, он хотел вернуться, чтобы исследовать, что там и тщательно изучить район, чтобы запомнить каждый уголок и трещинку Долины Трагической Смерти. Затем он смог бы ознакомиться со структурами и глубокими принципами, которые регулировали эти земли, а также подготовиться на случай чрезвычайных ситуаций.
Сяо Мосянь похлопала Линь Мина по плечу, небрежно сказав: «Я уже передала свою жизнь и всё, что есть у меня тебе. Я еще молода и не хочу здесь умереть, поэтому, пожалуйста, иди первым».
Она была оптимистом по природе своей. Даже после того, как она попала в опасную зону, она все еще не сходила с ума от отчаяния, хоть и понятия не имела, на что полагался Линь Мин.
Когда они подошли к входу, Линь Мин смог подтвердить свои подозрения. Вход был заблокирован силовым полем.
Это было страшное силовое поле, похожее на поверхность черной дыры. Можно было только войти, но не уйти.
Более того, если человек прошел бы через это силовое поле, он вошел бы в совершенно другой мир, из которого даже свет не мог убежать. Это был настоящий отдельный мир.
«Если даже Императоры не смогут прорваться сквозь эти заклятия, тогда и я определенно ничего не могу поделать».
Линь Мин покачал головой, больше не думая уходить с это точки.
Он вернулся к Могиле Божественных Зверей, а затем отправился обратно ко входу, пройдя этот путь несколько десятков раз. Каждый раз, когда Линь Мин проходил это расстояние, у него уходило два-четыре часа. Пока он ходил по этому маршруту снова и снова запоминал положение всех разрушенных костей, места, где кости были собраны в кучки, разбросаны, где было больше костей мастеров, он запоминал каждую деталь.
«Какая польза от воспоминаний обо всем этом?» Спросила Сяо Мосянь. Они уже прошлись туда и обратно несколько десятков раз, потратив на это занятие несколько дней и ночей. Она не беспокоилась об этом и совсем не волновалась, продолжая идти с Линь Мином, также запоминать окрестности. Хотя Сяо Мосянь казалась ненадежным товарищем большую часть времени, в необходимые моменты она могла засиять во всей своей надежности и серьезности.
«Это может быть полезно…»
У Линь Мина были кое-какие слабые подозрения, и он хотел подтвердить их.
На пятый день Линь Мин полностью запомнил все детали области вне Могилы Божественных Зверей. Затем он прибыл на утес, где находилась Могила Божественных Зверей.
С легким прыжком Линь Мин полетел вниз в глубины Могилы Божественных Зверей.
Его скорость была не высокой. Летя, он почувствовал демоническую силу, о которой говорил Божественный Туман.
Как он и думал, чем ниже он спускался, тем сильнее становилась демоническая сила, как будто она завлекала его тело и душу, пытаясь приблизить его.
Линь Мин похолодел. Он тут же перестал лететь и вернулся, используя свой старый маршрут.
В течение следующих нескольких дней Линь Мин продолжал исследовать край Могилы Божественных Зверей. Он спускался и поднимался, но никогда не спускался ниже 10 миль.
Что касается Божественного Тумана, у него не было слов, чтобы прокомментировать действия Линь Мина. Он уже достаточно его предупредил. Если Линь Мин и Сяо Мосянь настаивали на том, чтобы направиться в Могилу, чтобы умереть, он не мог остановить их.
На десятый день Линь Мин вернулся к краю утеса, а затем помедитировал на вершине возвышающейся скалы.
Без каких-либо вопросов Сяо Мосянь во всем сопровождала Линь Мина и размышляла на скале. Рядом с ними стояла подставка из нефритовой девяти солнц, медленно светящаяся нежным светом.