Божественный Туман немедленно произнес все эти слова на одном дыхании, его голос был хриплым, как будто он потратил много сил на произнесения этой речи.
«Старший, вы боитесь, что я что-то неправильно понял?» Линь Мин задал вопрос Божественному Туману, слыша сомнение в его словах.
«Да… Я сегодня потратил слишком много сил, поэтому мне трудно продолжать использовать звуковые передачи… Я хочу, чтобы ты знал, что Хозяин Дороги Асуры должен обладать культивированием, по крайней мере, пикового Истинного Божества, и, возможно, он даже вышел за пределы неизвестной границы. И если ты намерен использовать понимание всего семи лет, чтобы прорваться через его формирование массива… это просто слишком… невероятно. Я волнуюсь, что, когда ты воспринимал формирование массива, ты допустил ошибку в самом начале и продолжал следовать этой ошибке. Если ты войдешь в Могилу, и при этом неправильно понял что-то из-за ошибки, тогда ты напрасно лишишься жизни…»
Когда Божественный Туман закончил говорить, он замолчал. Фиолетовый кристалл, окружающий его, уже был окрашен ослепительным серебром от его крови, которая струилась, как реки ртути.
Когда Линь Мин увидел эту серебряную кровь, он вздохнул, сжал кулаки и сказал: «Старший, пожалуйста, хорошо отдохните и больше не используйте звуковые передачи. Этот младший понимает, что нужно относиться к этим делам осторожно».
Божественный Туман слабо покачал головой, когда услышал ответ Линь Мина. Он знал, что Линь Мин не обратит внимания на его предупреждение.
Каким бы талантливым не был мастер, он все еще мог бы найти себе изнуряющие обходные пути в культивировании. Каким бы умным не был студент, даже он мог ошибиться в тестах.
Точно так же талантливый мастер массива мог бы ошибиться при прорыве через массив.
Если он с самого начала понял что-то неправильно, полученные результаты, также будут ошибочными.
В конце концов, разум не был Законом Небесного Дао; никто не мог гарантировать, что выводы человека будут правильными в 100% случаев.
Глядя в спину уходящего Линь Мина, Божественный Туман издал горький вздох. Он не надеялся, что Линь Мин умрет вот так, пустив по ветру все его предыдущие усилия.
Когда Линь Мин вернулся к своему камню на вершине скалы, он не стал терять ни секунды и сразу начал медитировать, разбираясь с линиями внутри императорского нефрита. В течение прошедших лет сила души Линь Мина становилась все могущественнее, и его вычисления становились все точнее. Он был не слишком далеко от тщательного осмысления Могилы Божественных Зверей.
Один месяц… два месяца… три месяца…
За это время Линь Мин ни разу не возвращался к Божественному Туману, чтобы изучить Законы закалки души. Вместо этого он неподвижно сидел на вершине скалы в восторженном состоянии.
«33 Неба, беспредельный Великий Дао. Я обещал найти пик всех боевых искусств. Я потратил 3,3 миллиарда лет, чтобы продвинуться через 33 Слоя Небес, культивируя 33 жизни. Одна жизнь - Императора, другая жизнь - Божественности. То, что я ищу, - это высшая истина Небесного Дао…»
Слова Сутры Асуры повторялись в уме Линь Мина.
Само послание имело всего несколько сотен слов, но на самом деле они содержали понимание Великого Дао Хозяина Дороги Асуры, а также путь, который он выбрал для культивирования. Более того, он намекал на высшие истины Могилы Божественных Зверей.
Со словами Сутры Асуры и императорским нефритом Линь Мин использовал в общей сложности семь лет, чтобы полностью понять суть Могилы Божественных Зверей.
«33 Небе, 33 жизни…» Линь Мин бормотал это снова и снова. Внезапно в его голове мелькнула мысль, и следом за ней появилась целая диаграмма массивной Могилы Божественных Зверей, которая пересекалась с линиями императорского нефрита, когда они сверялись друг с другом.
«Великое формирование массива Могилы разделено на 33 части, каждая часть содержит глубокие и мистические принципы, согласующиеся с Дао из 33-х Небес. И в центре гробницы есть три пустых места. Мог ли Хозяин Дороги Асуры заложить это формирование массива, чтобы будущие поколения могли заполнить эти три пробела?»
У Линь Мина мелькали все эти мысли. Ему казалось, что он получил новые прозрения. Несмотря на то, что он думал, что понимание 80-90% массива Могилы было его пределом, он смог пойти еще дальше!
«Трех месяцев может быть недостаточно…» подумал про себя Линь Мин. Невольно и бессознательно он уже вошел в эфирное состояние. Его разум был полностью сосредоточен на формировании массива Могилы. Кроме этого, все остальное в этом мире, казалось, исчезло.
Это было похоже на состояние просветления. Для большинства мастеров это было состояние, которое можно было искать и не найти, но с необычным восприятием Линь Мина и мощной силой души, в дополнение к его эфирному боевому намерению, слитому с другими его боевыми намерениями, он фактически регулярно входил в это просвещенное состояние. Это было состояние понимания без мысли, о которой часто говорили мастера буддийского пути.