Матово-черная треугольная стрела с красным овалом на месте кабины коршуном выскользнула из-под облаков и рухнула вниз, на взлетное поле, остановившись буквально в полуметре от нулевой отметки. Люк распахнулся и на поле выскочил Граф.
— Старик, ты как? Мы не опоздали?
— Да вроде нет, Генри, — ответил Петер. — Вы вовремя. А вы что, одни?
— Думаю, за нами идет еще пара ботов. Дэвид за тебя сильно волнуется.
— Слушай, а зачем Вадик принял тяжелый вид?
— Наверное, хотел поразить врагов до опупения. Сделаешь ему внушение сам, я в ваши летные дела не вмешиваюсь.
Успокоенный Граф подошел ближе.
— Кто это у тебя? — он показал на Веронику. Потрясенная девушка с круглыми глазами и открытым от изумления ртом смотрела на них.
— Знакомься, ее зовут Вероника. Боевой пилот. Вероника, это — Граф.
Граф отвесил изысканный поклон.
— Рад встрече с настоящим летуном. Вы куда?
— Сейчас лечиться. Знаешь, я подумал и решил взять ее к нам, стажером. Очень способная, сбила одного робота. Как думаешь, Дэвид не будет возражать?
— Когда это командор с тобой спорил? — Генри повернулся к Веронике и подмигнув, закончил: — Гордись, девочка. Старик так просто стажеров не берет.
— Ласточка в порядке? — поинтересовался Петер. — Вадик ее не утомил?
— Нейросеть вроде не жаловалась.
Из машины выбрался смущенный парень. Он засунул шлем под ремешок на левом плече и подойдя ближе, вытянулся и отдал Петеру честь.
— Привет, стажер, — сказал Петер. — Знакомься, это — Вероника. Она тоже летун. Будете летать на Ласточке по очереди.
Вдали показалась быстрая тройка флайеров, судя по окраске, полицейских.
— Это я их вызвал, — сообщил Граф. — Владелец на месте?
Петер покачал головой.
— Улетел в столицу.
— Тогда пойду, поговорю сам.
Граф пошел к тройке, заходящей на посадку.
— Это действительно Граф? Настоящий? — наконец подала голос Вероника. — Из того самого отряда?..
Петер кивнул.
— Самый настоящий. Его род насчитывает черт знает сколько лет.
— А вы — действительно Старик?
Петер вторично кивнул. Глаза девчонки горели от восторга.
— И вы… вы… возьмете меня к себе, стажером? И я буду летать… на вашей машине?
— Вероника, тебе нельзя сейчас много говорить. Потерпи, подлечишься немного и все узнаешь.
Дверь медотсека поднялась вверх и тележка аккуратно въехала внутрь. А Петер пошел обратно на поле. Вадик следовал за ним, в двух шагах позади. Петер подошел к машине, надел шлем и скомандовал нейросети:
— Эвита, включите общий канал. — После чего негромко позвал: — Третий? Вы как?
— Вроде нормально, — отозвался знакомый голос. — Но не совсем. Я старался держаться в стороне, но пришлось помочь вашей напарнице. Получил по полной, некоторые блоки сильно повреждены.
— Продержитесь до прилета специалистов?
— Конечно, не волнуйтесь. Я ведь могу в случае нужды перейти в спящий режим.
— Не расскажете, из-за чего случилась эта заваруха?
— Первый откуда-то узнал, что вы — пылающий тройник. И решил, что вы самый подходящий для него противник. Второй с ним сразу согласился. Они решили достать боевые заряды, вылететь ночью, перебить охрану периметра и лететь за вами. Я не стал возражать, только сказал, что из-за угла нападать не честно. Но Первый ответил, что о таком и не думал. Когда мы подлетим поближе, то пошлем вызов. По всем правилам.
Петер хмыкнул.
— А что на это сказал Бланш?
— По-моему, он был на одном из ботов, что пытались нам помешать.
Петер покачал головой.
— Вызов, это да. Это по правилам. А втроем на одного, да еще безоружного — это как?
— Об этом он ничего не говорил.
Петер покачал головой.
— Теперь уже и не скажет. Не знаю, как дела у Второго, но Первый врезался в землю. Был сильный взрыв. Думаю, что нейросеть распалась. Жаль, но ничего уже не сделаешь.
— Я верю, что вам действительно жаль, — сказал Третий. — Мне тоже. Но ведь он сам решил бросить вам вызов.
Петер вздохнул.
— Все равно глупо. Эх, учил я вас, учил. И все без толку.
— Нет, — тихо ответил Третий. — Толк есть. Если бы не вы, я бы точно сошел с ума. Или бы стал таким же, как они. Не знаю, что хуже.
Вдали послышался нарастающий гром. Два армейских бота, вылетевшие из-под облаков, заходили на посадку.