Наёмник
Он сидел по пояс в тёплой, почти горячей воде, поверхность которой была устлана красными лепестками лечебного шёлкоцвета и белыми островками мыльной пены. Но даже наполняющий воздух пар не был таким горячим, как вид прелестей, мирно покачивающихся перед его лицом. И он был бы лжецом, если бы сказал, что не смотрел на них.
- И куда ты так внимательно смотришь? – спросила девушка, старательно распутывая его волосы, выдёргивая из них колючки и мелких жуков, давно сдохших от непростой жизни.
- Никуда. – лениво ответил мужчина, - У меня глаза закрыты.
- Ну и правильно. – улыбнулась она, - Если эта дрянь попадёт в них попадёт, можешь попрощаться с работой.
- Хм...
- Что ты там?.. А... ладно. К слову, ты так и не рассказал куда тебя на этот раз занесло. Не появлялся с сезона дождей, и столько же не мылся.
- Тебе и правда интересно? – отпустил он небрежный смешок, за что мгновенно был ущипнут за ногу, - Ах, чёрт!
- Было бы не интересно, не спрашивала бы. Рассказывай.
- Ну... – вздохнул он, на сей раз и правда закрыв глаза, - То тут, то там... В Беневете были проблемы с хулиганами, которые закидали Великий собор говном и убежали в лес. Идти сдаваться не хотели, пришлось их отлупить и приволочь за волосы. Теперь у них две недели семинарских занятий. Чего смеёшься? Затем был мужик из Стингарда, который всё говорил, что у него жена по ночам под мост бегает и с гоблином трахается.
- Так, и что там? – хихикая спросила она.
- То её бывший муж был, а не гоблин. Карлик, волосатый как тролль. Но видимо, было у в нём что-то, что выгодно отличало его от нынешнего избранника.
- Наверное, неповторимый образ.
- Я тоже так думаю. – мужчина задумчиво помолчал, но затем снова заговорил, - Был ещё маг-криомант из Грейнфурта, которого прямо на рынке заморозил его собственный элементаль. Когда я убил эту штуку, все кто был там скинулись мне по несколько монет.
- Так, а что тут особенного? – удивлённо вопросила девушка, нежно массируя ему затылок.
- Значит, для тебя это уже норма? Ну тогда слушай. Глыбу льда, с волшебником внутри, понесли размораживать, да видимо не подумали, что она скользкая и уронили на брусчатку. Он раскололся на десятки кусков прямо на глазах у его сестры.
- Какой ужас... Ну вот кто просил жути нагонять?
- Ты, если память меня не подводит.
- Временами можно и приукрасить. – её пальцы скользнули по чёрным локонам наёмника, остановившись на виднеющимся среди них кончике заострённого эльфийского уха, - А кое-что, как водится, оставить в секрете...
- Хватит. – он вдруг перебил её, взяв за запястье и отведя руку в сторону, - Волосы уже чистые. Всполоснусь немного и пойду.
Девушка неуклюже слезла с него и протянула руку. Наёмник проигнорировал, поднялся сам, выйдя в середину маленько каменного бассейна, где вода едва доходила ему до пояса скрывая всё сопутствующее. Помещение термы, образованное высокими колоннами, и плотной тканью, растянутой между ними, наполнилось тихим эхом всплесков и звона капель.
Мужчина потянулся, расправив руки, сделав заметной в приглушённом тканью свете окна, весьма развитую мускулатуру. Впрочем, крепко сложенным и тем более плотным его не назовёшь, скорее даже худощавым. Не был он не высоким, не низким. Кто-то мог назвать его внешность неприятной, для других он выглядел подозрительно, и лишь немногие находили в нём некую притягательность. Чёрная грива, падающая на плечи, обрамляла вытянутое лицо. Под впалыми глазами были заметны синяки, а левую бровь рассекал заметный изогнутый шрам, доходящий до щеки. Второй шрам, поменьше, проходил через край губ теряясь в трёхдневной щетине.
- Мархас. – обратилась к нему девушка, зачерпнув воду и проведя ладонью по его плечу, - Ты выполняешь любые указания заказчика? Даже аморальные и незаконные?
- Никто меня не обязывает. – ответил он, не отвлекаясь от мытья шеи и груди, - Я же не в гильдии и не следую списку дурацких правил.
- Ты же говорил, что ушёл из гильдии, потому что платят мало. – насмешливо пробормотала она.
- Да, Мальвенна. - он, развернулся к ней, и взглянул в её скрытые за мокрыми каштановыми прядями голубые глаза, которые она тут-же ехидно прищурила, - Но что-то подсказывает, что раз уже тебе платят, ты должен без лишних вопросов делать свою работу. Это вопрос репутации, а она напрямую влияет на то, как ты живёшь.