Нищий громко сглотнул.
***
Наёмник вошёл в Лягушатник, ненадолго впустив вместе с собой настоящее кваканье расплодившихся вокруг заведения одноимённых земноводных. Внутри, по правде, было ничуть не лучше, чем снаружи. Тем лягушкам, а заодно и крысам, тараканам и прочим обитателям берегов Кварцевого озера, внутри этой халупы было бы самое место.
Куча народу, большая часть которого была людьми второго и ниже сортов, тонула в дыму, пыли и запахе жаренной рыбы. Никто из присутствующих, как показалось самому Мархасу, даже не обратил внимание на ещё одного бродягу.
Но это было не совсем так. Усатый трактирщик в клетчатой рубахе сразу же сопроводил наёмника взглядом, отведя глаза только когда тот дошёл до стойки. После этого он сразу же перекинул взор на своего собеседника, который энергично что-то рассказывал, причём очень запоминающимся голосом.
- Вот так оно всё и было. За четыре дня не минуты отдыху – всё херня. Мне уже кажется, что проще бросить всё это и пойти наняться в охрану какого-нибудь лавочника и сидеть на жопе ровно. Перейти, так скажем, на светлую сторону.
- Попытай счастья, Арус. – устало ответил трактирщик на бесконечный трёп, - Прямо сейчас можешь этим заняться, а я займусь своими делами.
- Говнюк ты без сострадания. – бросил второй отходя от стойки, - Поэтому и торчишь тут. Так и знай.
- День добрый. – поздоровался наёмник, заняв освободившееся место у столешницы.
- Пива?
- Вина. – ответил Мархас, - Вон того, траммольского красного.
- Вот это да... – ухмыльнулся трактирщик, - Ну, как пожелаешь.
- Что это за парень был, с голосом мальчишки? – поинтересовался наёмник и отхлебнул вина. Это было не то, что он заказывал.
- Арус. – сходу ответил усатый, - Его тут все знают. А что?
- У него есть татуировка на руке? Треугольная такая.
-А кто интересуется? – посмотрел он на Мархаса, внезапно остановив вращательные движения тряпкой внутри стакана.
- Любопытный посетитель. – ответил Мархас и влил в себя оставшееся вино, - Так что?
- Ничего. – буркнул усатый, - Не смотрел я на его руки. Меня больше деньги интересуют. Так что я лучше работой займусь. А ты, если допил, упёрдывай, не занимай место.
Мархас молча оглянулся, кивнул, и встав со стула двинулся к выходу. Перед дверью он ещё раз посмотрел на трактирщика. Возе него, у стойки, уже стояла парочка людей, перешёптываясь и активно жестикулируя. Кто-то из них указал на наёмника, после чего двое в капюшонах - тощий с голосом ребёнка и одетый в куртку здоровяк, стремительно двинулись за скрывающимся за дверью силуэтом.
Точно призрак, к невероятному удивлению двоих преследователей, наёмник словно провалился под землю. Внимательный глаз тощего воришки углядел только мелькнувшую зелёную накидку среди сложенных друг на друга лодок у пристани.
Погнавшись за Мархасом они, спотыкаясь, распихивая пьяниц и рыбаков, а также тех кто совмещает в себе обе характеристики, достигли лодок, а затем и камышовых зарослей где слышался удаляющийся шелест. Погрузившись по колено в мутную воду, преследователи продолжили свой путь по коридору из поваленных растений, пока тот не превратился в одну сплошную гущину.
- Ты направо, я сюда! - распорядился тот, что в куртке и обнажив заточенный стилет и медленно побрёл вперёд, пытаясь что-нибудь расслышать.
Второй кивнул и тоже прислушался. Хотя полагаться приходилось не на уши, а на глаза, ведь все звуки, кроме журчания озёрной воды, куда-то пропали. Наёмник затаился.
- Сбежал? - хрипнул тощий своим подростковым голоском.
- Здесь он, сраный заморыш. - ответил второй, - Смотри в оба и ищи.
Повисло молчание. Неторопливое трещание стеблей прервалось всплеском, недолгим бултыханием. Затем вновь шелест и хруст камышей.
- Арус? - позвал своего напарника вор в куртке, - Эй, Арус, нашёл его?
Никто не ответил. Что-то предательски узнаваемого зелёного цвета мелькнуло сбоку. Вор повернул голову, но не успел приготовить стилет. Зелёное пятно сменилось чёрным - в форме перчатки, сжатой в кулак. Вслед за этим, в чёрный окрасилось и всё вокруг, после чего пришла жгучая боль от утраты нескольких зубов.
Альдеротец рухнул в воду как старое срубленное дерево - медленно, но неотвратимо. Наёмник не дал ему слишком сильно вымокнуть и любезно придержал за воротник. Кровь, вперемешку со слюной, змейкой сползла по подбородку, по шее, прямо на сжатую в хватке Мархаса рубашку вора. Тот из последних сил вцепился оппоненту в щёку, но наёмник быстро пресёк эту наглость схватив за пальцы и отогнув их в неестественное и очень болезненное положение. Вор заверещал, дёрнулся, освободив от перчатки татуированную кисть. Увидев рисунок, Мархас швырнул мужчину в воду. Блеснул извлечённый из ножен клинок.