За годы десятилетия моей жизнив этом мире, нами были убиты десятки и сотни тысяч людей и нелюдей а с недавних пор этот процесс стал невероятно массовым. Концентрационные лагеря в Хордии, где кажды день ритуальным способом убивают более полутора тысяч человек, превратились в натуральные фабрики смерти. Жизни хордийев позволяют создавать невероятно мощные источники энергии, боевые и целительские артефакты, усиливать алтари клана и заполнять земли этого государства нашей силой…
— Боль, кровь и смерть, — усмехнулся я, — Что ж…
Заготовка колодца душ под моим взглядом начала меняться. Стены приобретали форму черепов, пустыми глазницами смотрящими внутрь. Ограда так же менялась, превращаясь в перила из бедренных костей и ребер. Внутри же колодца, где ещё не было ни одной души, я сотавил место под артефакты для создания кошмаров. Благодаря ним, я смогу обеспечить постоянный приток нужных энергий из душ, что запру тут. Правда, их придется дорабатывать под новые условия, но это сущая мелочь в сранении с тем объёмом работы. Что мне предстоит.
— Завтра возьму с собой Ингу, — пробормотал я, открывая портал в «Тёмную Башню», — А вот про камни, металлы и землю… Попробуем.
Как оказалось, даже нескольких килограмм стали хватило для того, чтобы заготовка домена резко укрепились и стабилизировалась. Последующие партии, принесенные мной из физического мира в Бездну ещё больше усилили домен. Собственно, этот факт дал ответ на вопрос зачем Аббаодон, как и прочие демоны, старается устроить провал целого мира во владения демонов. Вместе с тем, я принялся разрабатывать источник, способный хотя бы временно обеспечивать защитные сферы энергией, пока колодец душ не станет многоуровневым и наполненным доверху.
Инга периодически присоединялась ко мне, помогая не только укреплять домен, но и собирая показания для экспериментов. Кроме того, девушка активно тренировалась, стараясь стать серьёзной боевой единицей. Я в этом особого смысла не видел, поскольку считал, что воевать должны мужчины, но и не собирался мешать. Тем более, что кое-кто из офицеров дружины, чью верность уже удалось проверить и укрепить новыми клятвами, уже учился перекидываться в демоническую форму. Через несколько месяцев они будут готовы и станут первыми моими вассалами в домене…
Отвлёкшись от воспоминаний, я спросил у Инги:
— А тут как обстановка?
— Тебя ждет один наглый барон, — усмехнулась девушка.
— Арн, — хмыкнул я, — Что ж… Давно с ним не виделись.
Спустя более, чем десять лет после приобщения, Арн не поменялся внешне, но изменился внутренне. Всё такой же молодой, но в его глазах уже плескаются усталось и жажда убивать, смешиваясь в причудливое сочетание, не дающее ему «сорваться с нарезки» и натворить глупостей.
— Привет, дружище, — произнёс аристократ, увидев меня, — Как твои успехи среди демонов?
— Могло быть и лучше, если бы кое-кто не ленился и активнее развивался, — ответил я, — Мне не хватает надежных демонов.
— А ты так хочешь сделать из меня демона? — усмехнулся Арн, — Я и так каждую юбку не упускаю, а уж если ещё и таким сильным стану… Половину твоих владенй заполонят мленькие Арны.
— Учитывая втой титул — давно пора, — хмыкнул я.
— Учитывая твой титул, — усмехнулся Арн, — Тебе нужен гарем.
— Твоя правда, друг.
Подшучивая друг над другом, мы вышли из кабинета на балкон, не забыв взять стаканы и пузатый графин с бренди.
— Дарек, — после молчания произнёс Арн, — Нам нужно серьёзно поговорить.
— У меня на родине эту фразу всегда произносят девушки, — фыркнул я.
— Иди ты в жопу! — отмахнулся барон, — Ситуация действительно неприятная. У меня был разговор с баронами, вассальными тебе.
— Есть проблемы? — нахмурился я, — Вроде бы, тихо. Дороги строятся, города растут, Фален не претендует на них. Разбойников давно извели…
— Не в том дело, друг, — махнул рукой Арн, — Дело в том, что большинство наших баронов уже не те, кто приносил тебе клятву, а их наследники, как ты знаешь. Даже баронеты, в большинстве своем, успели поумирать, отдав свои земли старшим сыновьям.
— К чему ты ведешь? — насторожился я.
— После того, как бароны стали выкупать земли у соседей, кое-кто решил вместо продажи частей манора, попросту пойти в вассалы клана Крайн, — ответил Арн, — Ко мне приходили сыновья этиз аристократов.
— Они воспринимают тебя посредником? — хмыкнул я.
— Все они помнят моего отца, и меня, — пожал плечами Арн, — Я для них свой, равный, а ты — недосягаемая величина. К тебе попросту боятся идти.
— К чему ты клонишь?
— К тому, над чем ты шутил, — ответил Арн, — Наследник. Аристократов беспокоит серьёзный вопрос. Причем, что вассальных баронов, что желающих пойти под твою руку. В последние годы имела место повышенная смертность среди верхушки нашего клана. Все, кроме нас двоих погибли. И если тебя не станет, то в клане начнется борьба за власть… Чем это аукнется для твоих вассалов? Не думал об этом?
— Думал, — кивнул я, — Но так и не решил как быть.
— У тебя есть Инга. Красивая и сильная мистресс, — усмехнулся Арн — Ваш ребенок вполне может стать наследником как графского титула, так и всего клана.
— Надеюсь, ты пошутил, — раздался позади нас голос девушки, — Я на такое не соглашусь.
— Даже из-за политической необходимости? — спросил Арн, повернувшись к Инге, — Ваш брак, пусть даже формальный, приведет под руку Дарека семерых баронов и успокоит тех, кто уже дал вассальную клятву.
— А ты сам? Не думал об этом? — спросила девушка, глядя в глаза барону.
— Не просто думал, а серьёзно работал над этим, — усмехнулся Арн, — И нашел подходящую даму.
— Кто она и сколько ей лет? — спросила Инга.
— Наследная баронесса О’Фирн, — ответил Арн, — Дочь моего соседа, у которого Фредерик графа-сюзерена казнил за месяц до прихода к власти Фалена.
— И сколько же это баронессе лет? — спросил я, представив упитанную девицу местного образца.
— Уже в нужном возрасте, — ответил барон, — неделю назад пятнадцать исполнилось. Как раз можно жениться по нашим законам.
Услышав возраст невесты, я закашлялся, подавившись бренди.
— Ну ты и сволочь, — удалось произнести мне, отдышавшись, — Зачем под руку говорить?
— А что не так? — удивился Арн, — Нормальный возраст. Не старая. Многие и в тринацать выдают, лишь бы дочки старыми девами не стали.
— Я из мира, где секс с девушкой до восемнадцати лет — преступление. Причем, в некоторых странах — до двадцати одного года.
— Странный мир… — удивился Арн, — По лекарским показаниям даже все знают, что дети точно здоровые, если женщина рожает с пятнадчати до семнадцати лет. До восемнадцати максимум. Потом уже гарантий никаких.
— Ну, в каждом монастыре свои правила, — пожал я плечами, — Надеюсь, мне ты таких подарочков не приготовил?
— Я — нет, — ответил Арн, сделав несколько шагов в сторону, чем меня изрядно насторожил.
— А кто сделал? — спросила Инга, глядя на барона.
— О’Харк, — быстро ответил Арн, покосившись на выход с балкона, — Джастин, сын Филиуса, около недели назад ко мне приехал. С просьбой от графа Фершера. Тот хочет сосватать за тебя свою старшую дочь. Ей четырнадцать.
— О, Бездна, — вздохнул я, прикрыв лицо руками, — И почему? У всех случилось обострение?
— Просто… Дарек, это норма в нашем обществе. Знать ищет выгодную партию для остающихя без наследства дочерей. А младших сыновей все хотят пристроить в армию, внутренние войска или на флот, который сейчас ты и Фален создаёте.
— Арн, знаешь…
— Погоди, Дарек! — воскликнул барон, заметив, что я воспринял принесённые им новости не слишком радушно и доброжелательно, — Если бы ты построил свою крепость и жил на островах Асутры или в Асгарии, то тамошние конунги и кязья поступили бы так же. Это норма в нашем мире!
— И как мне избежать свадьбы с этой «красафицей-графиней»? — спросил я, — К слову, какого она роста и сколько весит?